|
Более прилично, если так можно выразиться.
Он словно стал немного выше, волосы, зачёсанные назад, делали его более открытым и менее гоповатым, хотя борзое выражение лица никуда не делось. Теперь он скорее напоминал одного из тех высокомерных парней, которые никого ни во что не ставили, если денег у тех было меньше.
А ещё между ними была девушка в чёрных непрозрачных очках. С конским хвостом на затылке, она выглядела слегка зажатой, словно не в своей тарелке, пусть и улыбалась. Возможно, из-за того, что ничего не видит, а вокруг много людей, она чувствовала свою беспомощность. Её пальцы были белыми от того, как она вцепилась в руки брата и своего парня, что буквально тащили её.
Теперь мне стало понятно, кто познакомил Алекса и Матвея. Да и почему Алекс вдруг стал подтягивать учёбу. Глядя на слепую девушку, я, кажется, понимаю, как сильно может любовь поменять человека.
— Она-опа, а вы чё тут так уединились? — оживился Алекс, когда мы подошли ближе.
— Уединились? — я оглянулся. — Мне кажется, это невозможно назвать уединением.
— Алекс идиот… — фыркнула Инна и коснулась руки девушки. — Здравствуй, Мари, рада тебя видеть.
— Инна! Привет, я так ждала тебя в гости, а ты не пришла, — её голос чудовищно хрипел. Так сильно, как у старого рокера, который успел хорошенько накуриться, заболеть ангиной и потом сорвать связки. — Кто-то рядом с тобой? — она повернула голову чуть правее меня. — Здравствуйте.
— Добрый день. А вы, видимо, Мари. Алекс многое о вас рассказывал.
— Надеюсь, только хорошее, — улыбнулась она и протянула руку, теперь уже ко мне, видимо, более точно определив моё положение по голосу. — Тебя зовут Руд, как понимаю?
— Естественно, он только хорошее о вас и говорит.
Очевидно, что я бы не стал ей рассказывать, что он предлагал Сирени… вернее, Инне вчетвером оргию провести. Она может и не понять юмор.
— Не надо на вы, я тебя младше.
— Боюсь, что нет, детка, — вмешался Алекс. — Он тебя младше. Он тут у нас вообще самый молодой!
— Везёт же некоторым, — пробормотал Матвей.
— Не бузи, — толкнула его в бок сестра. — Ты сам-то не старый.
— Так, ваши сюсюканья очень хороши и интересны, — прервала нас Инна, — но мы-то жрать собираемся или нет?
— Да, я тут как раз знаю, куда сходить, погнали, — махнул он рукой и повёл нас через толпу.
Теперь уже под руку Мари взяла Инна, о чём-то разговаривала с неё в то время, как Мал… то есть Матвей, шёл рядом со мной. Я по привычке называю их так, как называл на протяжении этих трёх месяцев.
Мы шли на кое-каком удалении от них, потому могли спокойно разговаривать и не бояться, что нас услышат. В то же время гомон оживлённой толпы вполне глушил нас и не давал подслушать.
— Тебя не узнать, — отметил я.
— Зато ты ни капельки не изменился. Хоть бы одел чо-нить нормальное. Я серьёзно.
— Оденусь. Потом.
— Слушай, Руд, есть разговор кое-какой о…
В этот момент в нас врезалось какое-то дитё на полном ходу и едва не улетело на пол от столкновения — мы одновременно за обе руки умудрились её поймать: я за левую, он за правую, и поставить на ноги обратно.
— Аккуратно, мелочь, череп расшибёшь, — недовольно буркнул Матвей, отпуская её. Ребёнок умчался, не сказав ни слова. — Вот же мелочь охеревшая, даже спасибо не скажут.
— Время такое, — хотя из моих уст великого взрослого человека шестнадцати лет такое звучит слишком… странно. — Так о чём ты хотел поговорить?
— Ты же как бы ещё не завязал же?
— Завязал, — тут же ответил я без каких-либо сомнений. |