Шардаш, вопреки ожиданиям, не поджидал на пороге, его вообще ни в комнате, не в сенях не было. На постели валялась длинная женская рубаха. Не по погоде, но сухая. Покосившись на дверь, Мериам взяла её и юркнула за занавеску из сохнущего белья.

  - Явилась, ламия? - Шардаш бесцеремонно прервал процесс одевания и вторично поволок к реке. - Вижу, нога уже не болит. Это хорошо.

  - Не надо меня топить! - взмолилась Мериам. - Я сожалею, мэтр, честно-честно сожалею о своём поступке.

  - Не утопить, а язык отрезать? - милостиво предложил профессор, встряхнув свою ношу.

  Адептка замолчала и сдалась на милость судьбе. Странно, в этот раз её не кинули в омут, а оставили перед зарослями ивняка. Видя, что Мериам, не понимает, Шардаш толкнул её к реке, всучил комок мха и пообещал принести рубашку и плащ.

  Не желая перечить оборотню, судя по всему, из не самого мирного клана, иначе стал бы профессор им так гордиться, адептка спустилась к воде и попробовала рукой - тёплая. На грани, но тёплая. Вздохнув, Мериам разделась и, используя мох вместо мочалки и мыла, привела себя в порядок. На всякий случай стояла спиной к берегу, памятуя о том, что Шардаш вернётся.

  - У всех рыжих людей такая кожа?

  Пискнув, Мериам присела на корточки, обхватив руками грудь. Воды оказалось по шею.

  - Или это от холода проступили синие прожилки? Ладно, выныривайте, а то мышцы сведёт. Платье висит на кусте. И я придумал, чью личину вы примите в Бонбридже.

  Прошла, наверное, целая вечность перед тем, как Мериам решилась выпрямиться и обернуться. Шардаша не было, зато появились рубашка, плащ и мыльный корень, который адептка по известным причинам взять не успела. Это частично объясняло, зачем профессор спустился к воде: так бы Мериам корень не увидела, не смогла вымыть волосы и постирать нижнее бельё.

  Закутанная в плащ, с красным носом: осень же, воздух холодный, - адептка короткими перебежками добралась до дома. Она застала Шардаша за интересным занятием: он будто грел в руках кристалл. Тот светился едва заметным голубым светом, то вспыхивая, то погасая.

  Профессор мотнул головой к огню, но Мериам сначала повесила сушиться одежду. Бельё стыдливо запрятала подальше. Без него адептка чувствовала себя неловко, будто голой. А ещё беззащитной. Сразу вспомнились школьные уроки истории о диких временах, когда женщины стоили меньше скота.

  - Яды вас дожидаются, - напомнил Шардаш. - Элементы для противоядия в лесу все есть, далеко ходить не надо. Потом, когда приготовите, выберу какую-нибудь ягоду и проверю, подействует ваше снадобье или нет. Не на себе, разумеется.

  Мериам предложила придти на пересдачу. Выходить из тёплого дома не хотелось, травиться - тоже.

  - Не сомневался даже, - хмыкнул Шардаш. - Вы и в тот день бы не сдали: первое задание выполнили неправильно. Ладно, тогда высшие тёмные разумные существа. К ним относят демонов, вампиров, оборотней... А, в Преисподнюю остальных, по Бонбриджу точно не шляются. Отличительными чертами всех выше перечисленных является разум. Ики! - начавшая дремать у огонька адептка вздрогнула. - И наличие различных ипостасей или обличий, которые они принимают вне зависимости от внешних факторов, как то: лунный свет, ночь и прочее. Демоны - разговор особый. Они стоят на вершине иерархической лестницы Тёмного мира и выделяются как особая раса. Как вычислить демона в толпе? Он высок, плечист, походка решительная. Цвет кожи, глаз, волос значения не имеет, если он в облике человека, разве что скулы. Высокие скулы, Ики, и высокий лоб. К сожалению, девушкам часто нравятся демонические черты лица. Голос всегда низкий, грудной. Что таким голосом можно делать?

  - Чары подчинения и любовные чары, - пробормотала Мериам, а потом вспомнила: - Я видела демона в 'Бравом петухе'! Он убил офицеров, которые.