Когда он вернулся к Марии, ему показалось, что она уже немного успокоилась.

— Мария, — ровно и спокойно произнес Дарелл, — не могла бы ты сварить немного кофе, если у тебя есть, конечно?

— Да, есть немного, — рассеянно ответила женщина.

— Ну, тогда сделай по чашечке для себя и для меня.

Мария подняла голову. Ее глаза выжидающе всматривались в его лицо.

— Это правда? Андре мертв? Он сумел добраться до Соединенных Штатов и там погиб, да?

— Да. Его убил один сотрудник вашего АВО. Это произошло в штате Нью-Джерси.

Ее губы вновь плотно сжались. Затем она спросила:

— А ты? Кто ты такой?

— Американец.

— Шпион?

— Я делаю то, что необходимо делать. Я прибыл сюда, чтобы спасти одного человека. Чтобы снова вернуть его в мир спокойствия и безопасности. Кроме того, я могу забрать с собой любого, кто захочет к нам присоединиться.

— Как я могу проверить, что ты мне не врешь?

— Никак! Мария, мне нужна твоя помощь. Ты можешь лишь выслушать меня и решить, захочешь ты мне помочь или нет.

Почти неслышным голосом она прошептала:

— Андре ведь совсем еще мальчик… Недавно он был ребенком, и вдруг в одночасье, когда все это началось, превратился в мужчину, который звал к свободе и сражался за нее. Он, мне думалось, и понятия не имеет, что такое свобода, но она, оказывается, жила в его сердце, как у любого мужчины. Я даже не знала, что ему удалось бежать из Венгрии. Полиция допрашивала меня не один раз. Меня даже целых два месяца продержали в тюрьме на улице Фо. Но мне тогда здорово повезло… Тогда все смешалось, и эти тюремные крысы сами насмерть перепугались. Правда, они все же сломали мне руку. — Мария подняла левую руку, и Дарелл заметил, что она срослась не совсем правильно. — Но мне все же повезло… Я осталась в живых! А Андре, мой бедный мальчик, достиг свободы… но его все равно отыскали и убили…

— Свобода стоит того, чтобы за нее умирать, — тихо произнес Дарелл и потом добавил: — Так мы будем пить кофе?

Мария с трудом поднялась на ноги.

— Да! Прошу прощенья… Тебе ведь, наверное, пришлось проделать немалый путь?

— Да, довольно долгий.

— Если смогу, то обязательно помогу тебе, — устало произнесла она.

— Это будет опасно, и я могу просить об этом лишь как о большом одолжении.

— Если Андре погиб, за что борешься ты, то разве я могу не рискнуть собой ради того же дела? Во всяком случае, сейчас наша жизнь здесь не стоит того, чтобы за нее цепляться! — Мучительные переживания снова перекосили ее тонкое лицо. Мария неслышно заплакала. — Он был совсем еще мальчишкой, ты этого понимаешь? Они все были детьми и взялись сражаться с монстрами. Эти ребята боролись и погибали за то, чего у них никогда не было. За одни эти слова АВО может меня запросто прикончить… Они уже убили многих из тех, кто мечтал о более сносной жизни. Если ты пришел выведать что-то у меня, то считай, тебе это удалось, и я в твоих руках. Теперь мне нечего бояться своих слов и чувств! Я сожалею лишь о том, что мы безвозвратно потеряли, а вы, на Западе, не помогли нам, и мы сражались и погибали напрасно.

— Нет, эта ваша борьба не была впустую! — ответил ей Дарелл. — Ведь это лишь начало…

— Но конец для Андре!

Мария ушла в кухню готовить кофе, а Дарелл вновь подошел к окну и посмотрел вниз, на площадь.