Дарелл подумал о Лотос, маленькой китаянке – служанке мадам Ханг. Та совсем другая. Удалось ли ей связаться с Ханниганом? Дипломатический прием на вилле Рамсура Сепаха остался далеко в прошлом. Дарелл начал прикидывать, сколько же времени действительно прошло с тех пор. По меньшей мере неделя, решил он. А скорее всего даже две. Ханниган уже должен был его отыскать. Но внезапно в голову закралась мысль, от которой мороз прошел по коже. Как мог Ханниган его найти, если он был на Луне?

Ближе к вечеру, когда Дарелл почувствовал, что не вынесет дольше жажды, из пещеры выбрался тигр и принялся безостановочно мерять шагами окружность ямы. Таня, которая было уснула, тоже поднялась и принялась расхаживать взад и вперед. Они дошли до ручки, – подумал Дарелл. Но глядя на красивую девушку и лоснящегося зверя он почти не замечал разницы в их поведении.

– Таня! – позвал Дарелл.

Она недовольно обернулась.

– Да?

– Кто доставил меня сюда?

– Конечно же Махмуд.

– А как он это сделал?

– Не понимаю.

– Он втащил меня через пещеру? Или спустил сверху?

Она задумалась.

– Через пещеру.

– Это хорошо, – протянул Дарелл.

– Но зверь тебя туда не пустит.

Дарелл покосился на мягко ступавшего тигра.

– Спасибо за напоминание.

– Уже пора есть, – сказала Таня.

– Я заметил. Махмуд опаздывает?

– Нет. Просто мы – то есть тигр и я – стали нетерпеливы.

Когда тень от заходящего солнца покрыла половину вогнутой стены, над верхним краем ямы показалась голова. Тигр зарычал. Девушка остановилась и покорно присела на корточки. Дарелл не двигался. И голова наверху тоже не двигалась. Все, что мог разглядеть Дарелл – это круг темнеющего неба и круглое лицо в какой-то тряпке, вглядывающееся в него.

Затем послышалось хихиканье.

– Хэй, американец!

– Привет, Махмуд.

– Ты голоден?

– Немного.

– А пить хочешь?

– Я смотрю, ты очень гостеприимен.

– Хо-хо... Какой потешный американец! Такой вежливый!

– Давай корми и не морочь голову, – осадил его Дарелл.

– О, ты в воинственном настроении, да?

– И передай Рамсуру Сепаху, что я хочу его видеть.

– Хэй?

– Тогда Хар-Бюри.

– Надо, чтобы пришло время.

– Я расскажу ему все, что он хочет.

– Он и так все знает, он близок к Господу, благочестив и милосерден. Хотя тебе этого не понять.

– Ты просто передай.

– Хо-хо.

Дарелл внимательно следил за тем, как Махмуд готовился спускать пищу и воду. Тигр зарычал и ускорил шаги. Сейчас его не следовало раздражать. Дарелл оценил глубину ямы, служившей когда-то водяным резервуаром, по меньшей мере в сорок футов. Теперь, когда исчез слепящий свет солнца, он разглядел, что она была искусно сооружена древними мастеровыми из округлых, тщательно подогнанных друг к другу блоков из песчаника, сглаженных временем. Послышалось звяканье цепи, которую Махмуд перебирал обеими руками, и ведро пошло вниз. Тигр остановился посреди ямы, глядя вверх горящими глазами. Цепь была тяжелой и прочной. Дарелл не собирался прыгать на нее, как Таня, которая таким образом обзавелась веревкой перед своим побегом. Казалось, что урок Махмуду впрок не пошел.