— Ну, например, фонари вдруг гаснут.

Эрик небрежно пожал плечами и покачал головой.

— Нет, я такого не видел, но в этом нет ничего странного. Думаю, их приходится часто заправлять, а в такой суматохе красные недолетки могли об этом забыть.

— Ну да, конечно.

Что тут еще скажешь? На краткий миг я почувствовала облегчение, и хотя прекрасно понимала, что это ненадолго, но все равно улыбнулась. Эрик ответил мне улыбкой, и мы замерли, улыбаясь друг другу, как дурачки.

Эрик мой парень . Я была счастлива, когда мы были вместе. И сейчас я счастлива, что мы снова вместе… Счастлива? Неужели я не могу просто радоваться тому хорошему, что у нас есть? Или я снова хочу все испортить, на этот раз из-за того, что мне кажется, будто Эрик хочет от меня больше, чем я могу и хочу ему дать?

А потом откуда-то из глубины сознания всплыло воспоминание о поцелуе Старка и кошмаре с Калоной, пробудившем во мне ощущения, которые я до сих пор не испытывала ни с одним парнем.

Я так задумалась, что едва не врезалась и стул.

— Ладно, мне нужно позвонить сестре Мэри Анжеле.

Эрик как- то странно посмотрел на меня, но ответил:

— Ладно. Отойди чуть подальше, но не приближайся к двери. Вдруг там кто-нибудь ошивается, не нужно, чтобы они тебя услышали.

Я кивнула и улыбнулась ему, стараясь, чтобы улыбка не вышла виноватой. Потом прошла в глубь подвала, который оказался совсем не таким мерзким, каким запомнился мне во время первого визита.

Стиви Рей и ее команда потрудились на славу и вышвырнули все барахло бездомных, которые жили тут раньше. Но самое главное, здесь больше не воняло мочой, а это, согласитесь, огромное достижение.

Я набрала номер сестры Мэри Анжелы и мысленно перекрестила пальцы. Телефон объявил, что вызывает абонента… вызывает… опять вызывает… Наконец раздались гудки! Один, второй, третий… У меня снова разболелся живот, но тут монахиня взяла трубку. Связь была ужасной, и трубке все трещало, но я узнала ее голос.

— Зои, детка! Как я рада тебя слышать! — донесся далекий голос сестры Мэри Анжелы.

— Сестра, вы в порядке? А бабушка?

— Она в порядке… Все хорошо… Мы… — связь начала прерываться.

— Сестра, я вас почти не слышу! Где вы? Бабушка пришла в сознание?

— Бабушка… в сознании… Мы под аббатством, но… — Внезапно в трубке что-то щелкнуло, и голос аббатисы стал совершенно отчетливым. — Это ты устроила непогоду?

— Я? Нет, что вы! Но как бабушка? Вы в безопасности?

— … хорошо. Не беспокойся, мы…

На этом связь оборвалась.

— Вот черт! Чертова связь! — выругалась я, пытаясь дозвониться снова. Фиг два. Связь была, но телефон глумливо сообщал, что попытка соединения не удалась. Я пробовала снова и снова, пока не заметила, что мой телефон уже почти разрядился. — Черт, черт, черт!

— Что она сказала? — спросил Эрик, вырастая у меня за спиной.

— Почти ничего, связь оборвалась, а больше соединиться не получается. Но она успела сказать, что они в безопасности, а бабушка вышла из комы. Кажется, она уже в сознании.

— Прекрасные новости! Не волнуйся, все будет хорошо. Сестры перенесли твою бабушку в подвал?

Я кивнула, чувствуя, что сейчас разревусь, но уже не от страха за бабушку, а от досады. Я полностью доверяла сестре Мэри Анжеле, так что раз она сказала, что, бабушка в порядке, значит так оно и есть.

— Меня бесит, что я ничего не знаю о том, что происходит! Ни с бабушкой, ни там! — я ткнула пальцем куда-то в потолок.