— Клянусь тебе, что если вы не подчинитесь приказу, эта жрица не переживет сегодняшней ночи. Убирайтесь! — Голос Калоны был полон такой ярости, что даже Дарий невольно отступил на шаг назад.

Слона Калоны электрическим разрядом пронзили мое тело, и в моем затуманенном сознании все совсем перемешалось. Я крепче вцепилась в плечи Дария и прошептала Афродите:

— Делайте, как он говорит, — и, помолчав, добавила: — Он прав. Я не выживу, если мне не помогут.

— Передай мне жрицу! И знай, что я не умею просить дважды, — пророкотал Калона, снова протягивая ко мне руки.

Афродита секунду помедлила, но потом шагнула вперед и дотронулась до моей руки.

— Мы придем сразу же, как тебе станет лучше. — Она стиснула мои пальцы, и я почувствовала, как дух ворвался в мое измученное тело. Я хотела возразить, сказать, что стихия нужна ей самой, но Афродита уже повернулась к Дэмьену и Близняшкам и, кивнув на меня, громко заявила:

— Ну-ка, малыши, попрощайтесь Зои и как следует пожелайте ей скорейшего выздоровления!

Дэмьен быстро посмотрел на Афродиту и она едва заметно кивнула. Тогда Дэмьен взял меня за руку и тоже крепко ее пожал.

— Поправляйся, Зет, — шепнул он, а когда отпустил мои пальцы, я почувствовала дыхание легкого ветерка.

— Теперь вы, — скомандовала Афродита Близняшкам.

Шони взяла меня за одну руку, Эрин за другую.

— Мы будем держать за тебя кулаки, Зет, — пообещала Эрин, а когда Близняшки отошли, меня окружило летнее тепло и свежесть дождя.

— Довольно этих нежностей! Теперь я возьму ее.

Не успела я вздохнуть, как Калона взял меня из рук Дария. Прижавшись к его обнаженной груди, я закрыла глаза и призвала стихии дать мне силы устоять перед восхитительным ледяным жаром его полуобнаженного тела.

— Я буду ждать в коридоре, — услышала я голос Дария, а потом дверь с тяжелым стуком закрылась, отрезав меня от друзей и оставив наедине с врагами — падшим ангелом и его чудовищным сыном, порожденным древним насилием.

И тогда со мной случилось то, что до этого случалось лишь два раза в жизни. Я потеряла сознание.

ГЛАВА 18

Пepвoe, что я почувствовала, когда очнулась, было прохладное прикосновение накрахмаленных простыней лазаретной кровати к моей обнаженной коже. Значит, я была совершенно голой.

Но это было еще не все. Все внутри меня твердило, что я должна закрыть глаза и глубоко дышать. Иными словами, мне нужно было притвориться, что я все еще без сознания.

Стараясь лежать совершенно неподвижно, я провела мысленный осмотр своего тела. Так-так. Длинный безобразный шрам на груди болел намного меньше, чем до обморока. Я запросила информацию от остальных органов чувств (кроме зрения, разумеется, потому что открывать глаза время еще не пришло) и почувствовала присутствие духа, Воздуха, Воды и Огня.

Стихии не проявляли себя во всей своей величественной мощи, но они были рядом со мной — успокаивали, утешали и одновременно заставляли безумно волноваться за друзей.

«Вернитесь к своим хозяевам! — беззвучно приказала я, и стихии нехотя подчинились. Все, кроме духа. Мне ужасно захотелось вздохнуть и закатить глаза, но вместо этого я сосредоточилась еще сильнее: — Дух, иди к Афродите. Оставайся с ней рядом».

Почти в тот же миг я почувствовала отсутствие самой сильной стихии и уже хотела незаметно махнуть ей рукой на прощание, как вдруг где-то в ногах моей кровати раздался ледяной голос Неферет.

— Она пошевелилась.