Почувствовав, что Джордан шевельнулся, Кэсси обхватила его руками, не желая отпускать, и он поднялся, увлекая ее за собой, не отрывая глаз от ее лица и нежно гладя по волосам.

– Никогда со мной такого не случалось, – странным голосом произнес он. – Секунду у меня было ощущение, что ты внезапно исчезла. Как ты себя чувствуешь?

Как будто родилась заново, стала совершенно другим человеком, с совершенно новой сутью, мысленно ответила Кэсси, глядя на Джордана. И тотчас ей вспомнились его слова: "Первый возлюбленный должен быть ласковым и нежным". Значит, для Джордана это всего лишь плотская страсть, не более. Следовало ожидать, что такие натуры, как он, таят в душе могучие страсти, и она снова очертя голову бросилась ему на шею, не устояв перед желанием почувствовать себя в его объятиях.

– Я в порядке, – с трудом выговорила Кэсси. – Разве что немного ошеломлена…

Она постаралась произнести это как можно более естественным тоном, лихорадочно соображая, что в таких случаях сказали бы современные и уверенные в себе особы.

– Кэсси! – В голосе Джордана вдруг послышались сердитые ноты, а пальцы чуть сильнее сжали ее лицо.

– Я действительно чувствую себя в полном порядке, – не очень убедительно улыбнулась она. – Вам не кажется, что нам, пожалуй, пора встать и посмотреть, какая на улице погода?

Секунду-другую он испытующе смотрел на нее, но не увидел ничего, кроме смущения и нетерпеливого желания поскорее одеться. Джордан пожал плечами, надел халат и затянул пояс.

– Вы безнадежны, Кэсси, – сказал он звенящим от гнева голосом. – Подарив мне самые удивительные и прекрасные минуты в моей жизни, вы туг же беспокоитесь о самых что ни на есть земных и тривиальных вещах, о погоде и о необходимости поскорее возвратиться домой.

Кэсси поразила неподдельная горечь, прозвучавшая в его словах. Самые прекрасные минуты в его жизни. Он что, всерьез? Даже если и так, что дальше? Временная помолвка, общая тайна, а в итоге возвращение Джордана к привычной и единственно возможной для него жизни?

– Джордан… – пробормотала Кэсси в замешательстве.

– Ладно, забудьте! – резко бросил он. – Я оденусь и пойду посмотрю, как обстоят дела. А вы пока оставайтесь здесь.

Забрав свою одежду, Джордан вышел, с такой силой хлопнув дверью, будто решил поднять на ноги всю гостиницу. От испуга и обиды на глазах Кэсси выступили слезы. Ничего, кроме боли, любовь ей не принесла. Ни разу в жизни она не чувствовала себя такой несчастной.

Глава 9

Ночью и утром на окрестных дорогах работали снегоочистители, и после молчаливого завтрака они продолжили свой путь на север. Джордан сидел с как никогда холодным и отчужденным видом, и Кэсси вдруг стало очень одиноко. В голове у нее смутно мелькнуло, что в обычных обстоятельствах она бы наверняка почувствовала себя глупой обманутой девчонкой. Она вспомнила, с каким яростным самозабвением он любил ее утром, а сейчас всем своим видом показывал, что говорить им не о чем. Правда, она сама сделала, так сказать, первый шаг, но ведь Джордан не только не оттолкнул ее, но охотно пошел навстречу, и сейчас Кэсси спрашивала себя, знает ли она его вообще. Именно он, а не она, каждый раз снова внутренне отдалялся. Интересно, как бы он Повел себя, если б она по-прежнему в сладком забытьи лежала в его объятиях? Неужели она действительно вызвала в нем отвращение и досаду или же он просто хотел таким образом снять с себя всякую ответственность за то, что произошло?

Ни он, ни она не имели ни малейшего намерения продлевать свой тайный сговор, и вот теперь все изменилось.