— Я хотела узнать тебя получше, любимый.

— Знаю, но я не позволял тебе этого сделать! Я замкнулся в себе, старался пореже оставаться с тобой наедине, заставлял себя думать только о бизнесе, хватаясь за работу, словно утопающий за соломинку. Я так боялся, что меня обманут вновь, что в конце концом обманул сам себя, едва не лишившись из-за этого самого прекрасного, что было в моей жизни, тебя, любимая!

Мишель потерлась щекой о его щеку.

— Мы слишком много лгали друг другу, но больше не повторим подобных ошибок. Все плохое осталось позади. Обещаю, мы будем очень счастливы, мой милый!

Дэмьен еще крепче прижал Мишель к сердцу.

— Рядом с тобой я никогда не перестану благодарить судьбу за то, что она ниспослала мне самую чудесную женщину на свете.

Мишель засмеялась и несильно щелкнула мужчину по носу.

— Кажется, ты опять начинаешь говорить неправду? А как же уговор больше никогда не лгать друг другу? Ай-ай-ай!

— Виноват, — с притворным раскаянием произнес Дэмьен. — Но для меня ты и в самом деле самая прекрасная женщина на земле!

— А ты для меня — самый прекрасный мужчина, — призналась Мишель.

Словно бы вспомнив что-то ужасное, Дэмьен вдруг застонал:

— О-ох!

— Что случилось, родной? — испуганно спросила Мишель.

Он застонал пуще прежнего.

— Я вспомнил, что не успел покаяться перед тобой в своем самом страшном грехе.

— Каком? В том, что вот уже пять минут как не целовал меня?

— Страшнее. Помнишь, перед свадьбой я обещал, что мы проведем медовый месяц на необитаемом острове, наслаждаясь теплым морем, песчаными пляжами, тропическими фруктами и любовью друг друга?

— Причем голышом! — смеясь, добавила Мишель. — Конечно, помню. А что?

— А то, что у нас вообще не было никакого медового месяца. — Дэмьен удрученно вздохнул. — Но, надеюсь, это еще не поздно исправить.

— Каким же образом?

Он, было усевшийся рядом с Мишель, вдруг опустился на одно колено и патетически произнес:

— Миссис Дэмьен Блейдстоунс, согласитесь ли вы провести чудесный медовый месяц с вашим смиренным слугой и преданным мужем? Во искупление того, что данное мероприятие оказалось отложенным на целый год, поцелуи и ласки обещаются в двойном размере.

Принимая игру, Мишель царственно кивнула.

— Хорошо, но только при двух условиях.

— Каких же, моя повелительница?

Мишель загнула один палец.

— Во-первых, отныне ты станешь называть меня не иначе как Джинджер.

— С удовольствием, моя рыжеволосая обольстительница!

— А во-вторых, — произнесла молодая женщина, невольно краснея, — мне хотелось бы получить обещанные поцелуи и ласки авансом.

Едва она успела это выговорить, как тут же оказалась в жарких мужских объятиях.

— Во всем, что касается этого, ты никогда не будешь испытывать ни малейшего недостатка, — раздался чувственный шепот возле самого ее уха. — Причем без малейшего промедления.

За словами последовал настолько пьянящий поцелуй, что Мишель показалось, будто ее сердце готово выскочить из груди. Истосковавшись по родному сильному телу, она принялась упоенно поглаживать Дэмьена, вздрагивая и слегка постанывая от ответных ласк.

В мгновение ока освободившись от разделявшей их одежды, Дэмьен принялся осыпать поцелуями шею, грудь, живот, бедра молодой женщины. Мишель вся трепетала под его знойными прикосновениями.

— О, дорогой, — умоляюще прошептала она, не в силах дольше терпеть сладкую муку.