— Трюи Галл. Ко`норди, возраст — около девяти десятков стандартных лет. В прошлом пират, не раз менявший место своей дислокации. Приблизительно тринадцать-четырнадцать месяцев назад прибыл в обменник, сменив скончавшегося от старости Вооло Ладери. Жёсткий, но не жестокий лидер. Принципиален, умён. Обладает репутацией разумного, которому можно верить. Среди подчинённых пользуется большим уважением. Последнее крупное дело, в котором фигурировало его имя — угон конвоя королевства Ша.

— Удивительно, но я об этом наслышан. Вою тогда было… — Несмотря на удалённость Пространства Федерации от королевства Ша, вести об “ограблении века” до Каюрри добрались вмиг. Ну а за счёт того, что во флоте служили, по большей части, бывшие пираты, новость обсуждали со всем тщанием. Каждый из них когда-то хотел совершить что-то эдакое, прославившись на всю галактику. А Трюи Галл этого добился, да ещё и умудрился выжить, обретя притягивающую всякую мразь славу. — Это всё?

— Всё, коммодор. Разрешите приступить к допросам?

— Повремени пока. И установи мне связь с Трюи Галлом. — Тянуть больше смысла не было, и Хирако убрал руки за спину, приподняв подбородок. Сразу после этого в воздухе появилась объёмная голограмма упакованного в современный скаф ко`норди, расу которого можно было определить лишь по массивности и отсутствующему шлему. Недолго думая, коммодор в качестве жеста вежливости открыл и своё лицо тоже.

— Здравствуй, коммодор. — От Хирако не укрылся довольно глубокий кивок. Вроде и мелочь, да только ко`норди никогда не кланялись, умудряясь одними только кивками передавать тысячи смыслов и настроений. Умел бы ещё коммодор их интерпретировать… — Я вынужден просить тебя о прекращении огня.

— Приветствую, Трюи Галл. Условия сдачи я уже объявил.

— Меня интересуют иные договорённости, коммодор. Иные условия. И о них я бы предпочёл говорить лично, с глазу на глаз. — Глаза Хирако чуть расширились, а он сам — напрягся, задумавшись над тем, какую подляну можно ожидать от лидера пиратов. И так выходило, что коммодор Первого Каюррианского флота мог подстраховаться от чего угодно, кроме, разве что, подрыва начинённого взрывчаткой челнока прямо у шлюза эсминца.

— Я вышлю за вами корабль. И попрошу без неожиданностей — если вы хотите пронести с собой что-то, могущее вызвать подозрения, сообщите об этом заранее. — Поначалу Хирако собирался говорить максимально мягко, но что-то пошло не так. Вышло то, что вышло — ко`норди вполне мог и оскорбиться такой почти-претензией.

— Обязательно, коммодор. Но не считайте меня за недалёкого идиота — проиграв, я не буду искать утешения в посмертном “подвиге”. — Последнее слово он выделил особо, как тоном, так и мимикой, которая вопреки всему прекрасно просматривалась под густой шерстью. — Я жду корабль, и надеюсь на продуктивные переговоры. Конец связи.

Голограмма свернулась в точку и пропала, а Хирако шумно выдохнул.

— Как бы не вышло, что переговоры будут сложнее боя…

***

— Ох! Свежий воздух…! — Пустые восклицания и прочие проявления эмоций Кейку были несвойственны, но сейчас он, стянув с головы шлем, не удержался. Довольно старый скаф полнился минусами так же, как брошенный дом пылью и насекомыми, и одним из таких минусов являлась повышенная температура во внутреннем контуре. А если говорить простыми словами, то технику было душно, и он ничего не мог с этим поделать. — Сигурда, ты там часом не помер?

— Не раньше тебя! — Бородач не снял — сорвал с себя шлем, жадно захватив ртом прохладный воздух.