Удивительно, но кто-то успел расчистить лестницу, и Лордану удалось спуститься, ни разу не упав. Теперь, если ноги согласятся нести его вверх по улице к воротам Среднего города, он их отблагодарит минут пять посидит где-нибудь. Ну, не сегодня, так завтра или еще когда.

Гибель была близка, но мы еще живы. И дураками себя не выставили. Но завтра будет еще один день…

Странное ощущение – идешь по улицам в разгар дня, а кругом никого. Где ж они все? Домов в Нижнем городе Перимадеи было множество, но почему-то Лордан всегда подозревал, что их не хватит вместить все толпы людей, топтавших обычно мостовые. Наверно, в них спали по очереди: днем одна смена, ночью другая.

Немногие смельчаки отваживались высунуть нос между ставен. Один только колесных дел мастер распахнул окно своей лавки и гордо – мне, мол, все нипочем! – строгал зажатую в деревянные тиски спицу. Проходя сквозь квартал серебрянщиков, Лордан услыхал из-за запертой двери таверны (он туда пару раз захаживал) голоса. Тут и там шныряли, виляя хвостами, собаки; вдоль запруженной канавы тащила подводу старая лошадь.

Лордан прошел мимо другой таверны – своей любимой. Тут подавали добрый сидр – не задешево, но и не слишком дорого – и лихое сладкое вино, перегнанное лишь наполовину, после которого ты понятия не имел, как тебя зовут и где живешь. По счастью, таверна сейчас не работала.

«Можно ли мне по кабакам-то ходить? – подумал он. – Правильно ли, чтобы главнокомандующий по дороге с войны домой напивался в стельку? Наверно, неправильно».

Ну ладно. В здании капитула (только не смей считать, будто ты там дома) найдется что выпить. А может, и перекусить; а то и место, куда можно завалиться и поспать. Все это будет просто замечательно, если забыть, что завтра настанет еще один день.

Войдя в капитул, Лордан обнаружил, что там почти пусто. Осталось лишь несколько клерков, у которых были горы работы и ни минуты времени на болтовню.

– Куда все делись? – спросил Лордан.

Клерк поднял голову, пожал плечами и сказал, что понятия не имеет; одни, вероятно, заранее отправились в гавань, чтобы не пришлось участвовать в бешеной давке за место на корабле, а другие, когда стало известно, что с плотами покончено, разошлись по своим кабинетам заниматься неотложными делами. Остальные, насколько он может судить, отправились праздновать победу. Ведь наши победили, не так ли?

Лордан поморщился. Победили? Ну-ну, можно и так сказать.

– Стало быть, я никому прямо сейчас не нужен? – спросил он.

– Не знаю, – осторожно ответил клерк, явно не желавший брать на себя ответственность за то, чтобы предоставить главнокомандующему целых полдня отдыха. – Мне всего лишь поручено переписать протоколы.

– Ладно. Если меня кто-то будет искать, скажите, что я у себя.

Стоило открыть дверь привратничьей, где Лордан ночевал с тех пор, как началось чрезвычайное положение, по телу разлилась волна блаженной слабости. И тут же, конечно, стало стыдно – он ведь улизнул, а должен работать. Ненадолго, правда. Стоило опустить голову на каменную скамью, и Лордан тут же уснул.

Снов он никогда не запоминал, так что можно было не бояться.

Два с половиной часа спустя Лордан очнулся – кто-то дергал его за ногу.

– Вставайте! Вас все ищут.

«Боги мои, хотел бы я, чтоб со мной хоть раз поговорили не как с наемным жонглером» – подумал Лордан.

А вслух сказал:

– Проваливай. Скажи, я через минуту выйду.

– Префект хочет видеть вас немедленно. Это важно.

Лордан полелеял мысль о том, чтобы пинком отправить назойливого ублюдка лететь через всю комнату, но не был уверен, что хватит сил.