– Я считала, что у вас нет богов, – удивленно возразила девушка.

– Нет, – подтвердил Лордан, – но когда-то были.

– Вы изгнали их, или люди потеряли веру?

– Думаю, и то, и другое, – пожал плечами собеседник. – Религия постепенно становилась все менее и менее популярной, и в конце концов, когда императору понадобились деньги, он просто конфисковал церковное имущество. Впрочем, он конфисковал бы его в любом случае. После того, как церковь потеряла золото, серебро и землю, священники разбежались, и религия прекратила свое существование.

Венарт, на протяжении всего разговора хранивший молчание, решил, что пора положить конец этой ордалии.

– Простите, – вмешался он, обращаясь к Бардасу, – кажется, вас ранили во время поединка?

– Ничего серьезного, – ответил адвокат. – Как вы изволили заметить, мне чертовски повезло.

– Может быть, вам все же стоит показаться лекарю?

В голосе молодого человека послышались настойчив нотки.

В ту же секунду фехтовальщик ощутил, что рана снова кровоточит. Он резко вскинул голову и кивнул.

– Пожалуй, вы правы, – медленно ответил Лордан. – Надеюсь, вы нас извините…

На лице девушки отразилось плохо скрываемое разочарование,

– Приятно было познакомиться, – с улыбкой сказала она. Когда я вернусь домой, то всем расскажу, что провела вечер в компании настоящего перимадейского фехтовальщика.

– Непременно расскажите, – улыбнулся он, держась за бок. – Счастливого пути.

После ухода Лордана и его помощницы воцарилась непродолжительная тишина. Венарт глубоко вздохнул, но сестра его опередила.

– Это твоя вина, – заявила девушка. – Я пыталась остановить тебя, но ты и слушать не хотел.

– Я начинаю думать, что моя вина в том, что я взял тебя в эту поездку, – устало ответил брат. – Давай-ка пойдем обратно в гостиницу, пока ты не натворила чего похуже. Неужели ты никогда…

– Удивительно, – прервала его Ветриз. Я была уверена, что он выиграет, честно. А в разговоре он оказался обыкновенным, ничем не примечательным человеком.

– Не знаю, не знаю, – ответил Венарт, – насколько я слышал, ему трижды удалось вставить слово, что, в моем понимании, в некоторой степени делает его героем.

Ветриз пропустила колкость мимо ушей.

– Ладно, – примирительно сказала она, – идем на скобяной рынок, научишь меня выбирать медные изделия. Ты, кажется, говорил, что у нас сегодня еще много дел.

Алексий оторвал взгляд от книги.

– Каков результат?

– Он выиграл.

Патриарх молча кивнул, закрыл книгу и положил ее на аналой. Затем повернулся и сказал:

– Входи, выпей сидра.

При слове «сидр» губы Геннадия слегка скривились.

– Спасибо, я воздержусь. Это было очень странное дело, – продолжал он, усаживаясь на единственный в келье жесткий стул, – чистая случайность. Олвис просто играл с ним, как кошка с мышкой, а потом его меч неожиданно сломался.

– Мы поставили хорошую защиту, – коротко ответил Патриарх – надеюсь, она была не слишком заметной.

– Мне кажется, – покачал головой Геннадий, – что дело не в нас. Или, – добавил он, подергивая аккуратно подстриженную бородку, – не только в нас. Готов поклясться, я видел там еще одну подпись.

– Перестань, – оборвал его Алексий, – ты прекрасно знаешь, как я отношусь к подобным заявлениям.