– Но она ведь марионетка!

– И что?! – взгляд Каина был кислым. – Поживите с мое, тогда, может, поймете, что когда возьмешь от жизни все, то больше–то брать нечего! Все одно и то же! Скучно!

– Это легко поправимо! – процедил Даррен, ощущавший на себе ответственность за Лианну и Киру. – Сдохни, ублюдок!

Каин покачал головой. Его кожа опять вспузырилась, и он принял облик Даррена. Растрепанный, злой и циничный.

– Не советую так со мной разговаривать. Сейчас вы – мои куклы! И я пока еще в вас не наигрался, хотите вы этого или нет!

– А как же Джеймс? – робко спросила Лианна.

– А как же Джеймс! – передразнил ее Каин. – Думаешь, я вот так вот просто пойду и оживлю его? Ага! На что ты готова ради него? – первовампир хитро прищурился.

– Я…

– Собственно говоря, у тебя два варианта: либо умереть – и тогда уж точно ты с ним соединишься, либо позабавиться с Дарреном.

Ее глаза расширились.

– Ты же не…

– О, конечно, я намекал вовсе не на физическую близость. Я хочу, чтобы ты его пытала!

– Что?!

– О, да! И от твоего усердия зависит, в какой форме восстанет Джеймс: будет ли он вампиром, ходячим зомби или вообще растением.

Лицо Лианны давно уже походило на белоснежную маску.

– Ну как, согласна?!

Это была Лианна. И вся Лианна заключалась в той незыблемой правильности, которая не давала ей причинять боль близким.

– Нет… – прошептала она.

– Лианна, соглашайся…

– Нет, Даррен.

– Ради Бога, ты сможешь вернуть его!

– Нет.

Она закрыла глаза, и по щекам ее заструились слезы.

Даррен выругался.

Каин вернулся в свой настоящий облик. Перед ним опять был худой долговязый мальчишка, которого, казалось, так легко было раздавить…

– Хочешь потягаться со мной силами?! – ухмыльнулся первовампир. – А что, давай!

Силы, сковывавшие Дарра, неожиданно спали, и он без промедления бросился на Каина. Первовампир принял его удар, и они оба полетели на пол, расколотив по пути на хрустальные осколки стол.

Лианна закричала, но ее крик лишь отдаленным эхом отозвался в голове Даррена. Осколки впивались в запястья Дарра, пронзая их неистовой болью и размазывая по полу кровь. Казалось, длилась неистовая борьба. На самом же деле Каин игрался, легко выскальзывая из смертельных захватов Даррена, выламывал ему руки и ноги с оглушительным хрустом.

– Ты! – крикнул Дарр. – Это ты напал на меня в лесу?!

– О да!

– Почему же сразу не убил?!

– Слишком просто! – оскалился Каин.

На нем не было ни царапины. Только чуть–чуть сбилась футболка.

– Стоп, хватит! – вдруг сказал он, и Дарр опять замер, как вкопанный. – Мне надоело.

Ненависть, клокотавшая внутри вампира, разъедала его, как кислота.

– А сейчас я хочу… – Каин задумался, как капризный ребенок.

– Луну с неба! – процедил Даррен.

– Нет, что ты! Я хочу, чтобы… – он щелкнул пальцами.

– Папа! – закричала Кира.

– … дочка очнулась.

Кира испуганно оглядывалась по сторонам, не понимая, как здесь очутилась. Затем с отвращением осмотрела собственный наряд, и взгляд ее обратился к Каину. Слова были не нужны. Все читалось во взгляде.

– Ладно, что–то я устал, – зевнул первовампир.