Здесь Долгохвост невольно поежился. Он знал, что в холодное время года змеи впадают в спячку, но от этого места его бросало в дрожь.

Частокол пробежал вдоль деревьев, обнюхивая сухие папоротники.

- Есть хочу, умираю, - проворчал он. - Надо поймать хоть что-нибудь. Признаться, я уже забыл, когда видел в нашей куче с добычей что-либо съедобное.

Долгохвост молча направился к груде камней, уверяя себя, что ни за что не сунет нос в пещеры. Его усы вздрогнули, уловив сладкий запах белки у подножия скалы. След вел в заросли ежевики.

Припав к земле, Долгохвост пополз под колючие ветки. Вскоре он увидел впереди комочек серого меха. Подобрав под себя задние лапы, Грозовой кот напружинился и прыгнул в заросли, камнем рухнув на белку. Горячо поблагодарив Звездное племя, он выплюнул набившиеся в пасть листья и вылез из куста, волоча за собой добычу.

- Добрая охота!

Долгохвост вздрогнул, услышав за спиной голос Частокола. Полосатый воин неторопливо подошел ближе и с жадностью обнюхал добычу. Пушистая беличья шерсть всколыхнулась под его дыханием. Частокол обернулся и посмотрел на Долгохвоста.

- Она потеряет весь свой вкус, пока мы донесем ее до лагеря.

Долгохвост пожал плечами.

- Нужно поскорее поймать еще что-нибудь, тогда белка не успеет заветриться.

- Она все равно потеряет свежесть, - повторил Частокол, глядя ему прямо в глаза. - К тому же, хорошенько подкрепившись, мы и охотиться будем лучше!

- Воинский закон запрещает есть, пока в лагере голодные старики и котята, - напомнил ему Долгохвост. Он вдруг почувствовал неприятный зуд, словно целые полчища муравьев завозились в его шкуре.

- А кто об этом узнает? - вкрадчиво проурчал Частокол Он сощурил глаза, так что они стали похожи на две янтарные щелочки. - Ты ведь никому не расскажешь, верно? - Он прошептал это так тихо, что Долгохвост едва разобрал его слова.

- Я… я…

Не сводя глаз с Долгохвоста, Частокол открыл пасть и впился зубами в белку. Оторвав кусок, он принялся медленно жевать, наслаждаясь теплым жирным мясом.

«Мы голодаем как все, а нам нужны силы, чтобы охотиться, - беспомощно подумал Долгохвост. - Почему воины должны ходить с пустыми животами, если на их плечах лежит вся тяжесть заботы о племени? Это просто глупо, вот и все. Я легко поймал эту белку, значит, мы с Частоколом без труда поймаем еще».

Он опустил голову и принялся за еду. Вверху, над его головой, холодный ветер раскачивал ветки, а серые скалы в зловещем молчании вздымались в пасмурное небо.

Ливень превратил склон оврага в скользкий спуск, так что коты с трудом переставляли лапы, волоча в зубах добычу. Оказалось, что первая белка была настоящим чудом; после этого дичь словно исчезла. С превеликим трудом охотникам удалось поймать лишь пару мышей и старого, даже на вид жесткого дрозда.

Не глядя друг на друга, Грозовые коты молча тащили свой улов по жидкой слякоти к лагерю. Возле входа в туннель Частокол остановился, пропуская Долгохвоста вперед. Колючки больнее, чем обычно, царапали Долгохвоста по бокам, перо дрозда попало ему в горло, так что он принялся чихать, не разжимая зубов.

Выбравшись на поляну, Долгохвост огляделся по сторонам, ожидая увидеть голодных соплеменников, с нетерпением ждущих у пустой кучи с добычей.

Но поляна была пуста, лишь утоптанная земля тускло блестела и плясала под каплями дождя. Частокол вылез следом, и они остановились посреди лагеря, бросив добычу. Но не успели охотники сказать хоть слово, из папоротников на краю поляны прозвучал тоскливый вой:

- Алосветик! Нет! Не покидай меня, нет!

Это был голос Розохвостки, дочери Алосветик.

- Настало время ей уйти в Звездное племя. Предки-воители ждут ее, - глухо и скорбно отозвалась Пестролистая.

Долгохвост в ужасе посмотрел на Частокола, паника сдавила ему горло.