Патронов, кстати, набралось кот наплакал. Всего десяток 5,45 с двух автоматных магазинов удалось нащелкать. При этом я отметил про себя, что «калаши» бандитов не с северо-западной базы маркитантов, где были исключительно АКМы калибра 7,62. Причем автоматы были практически новыми. Угу. Либо маркитанты недавно расконсервировали еще один склад, либо… ладно, догадки потом. Сначала надо дело закончить.

В обрезе двустволки оказался один-единственный патрон. А «макаров» вообще оказался пустым, ржавым и дезактивированным. Так называемый ММГ, макет массово-габаритный. Все, чему в пистолете положено щелкать, щелкает, но толку от этого ноль. Только детишкам в войнушку играть.

В карманах у бандитов тоже ничего интересного не нашлось. Складные самодельные ножики, курево, спички, колода карт и фляга с вонючим самогоном.

– Ладно, работники ножа и топора, – сказал я, бросая к ногам криминальных элементов их оружие. – Больше мне на дороге не попадайтесь.

– То же самое и я хотел тебе сказать, да ты опередил. Еще встретимся, – проворчал носатый мне в спину, подбирая свой АК. Оружие даже без патронов добавляет его владельцу бонусов к наглости.

Но мне его бормотание было до фонаря. Я уже снова шел по подземному переходу навстречу квадратному пятну света в конце тоннеля.

* * *

Собственно, самих маркитантов на рынке было мало. У них имелись два своих крытых павильона, у входов в которые стояла пара молодцев в противоосколочных костюмах с автоматами. Поглядев на их лица, не обезображенные печатью интеллекта, я подумал, что маркитанты не совсем правильно ведут свой бизнес, – глянув на такие рубильники, пропадало всякое желание заниматься куплей-продажей. Зато взамен появлялась мысль поскорее покинуть это негостеприимное место. Но я все-таки любопытства ради заглянул внутрь одного из павильонов, остов которого был сварен из арматуры, после чего на готовый каркас наварили стальные листы. Охранники покосились, но не сказали ни слова.

Внутри я особенно не задержался, хотя посмотреть было на что – в мертвенном свете светодиодных ламп, развешенных под потолком, содержимое торговой точки выглядело зловеще… и дорого, как освещенные со всех сторон бриллианты в витрине ювелирного магазина. Автоматы и пистолеты, развешенные на стенах, боевые ножи, любое снаряжение, какое душе угодно. Всем этим заведовал седовласый мужик лет пятидесяти в новехоньком камуфляже с «береттой» на поясе.

– Почем? – указал я на АК-107, висящий на вваренных в стену стальных крюках.

– Тридцать пять золотых, – густым басом ответил торговец.

– Понятно. А вон тот АКМ?

– Двадцать пять.

– Еще понятнее, – кивнул я. – Знатные у вас цены. Хорошо, а «макаров» на сколько потянет?

– Десятка. Патроны отдельно, по золотому за коробку.

– Неслабо, – хмыкнул я, вытаскивая из кармана заранее запасенный екатерининский червонец. – Такая монетка по какому курсу пойдет?

Мужик повертел червонец, попробовал на зуб.

– Вроде золото, – сказал он, возвращая мне монету. – А так – хрен его знает, у нас в ходу «Сеятели» да серебряные «Соболя». Либо обмен, то есть как договоришься. Такие монетки я первый раз вижу, так что две к одной пойдут.

– Не понял. В какую сторону две к одной?

– Сам-то как думаешь?

– То есть за ПМ я тебе двадцать таких отвалить должен?

– А ты догадливый, – хмыкнул толстяк.

– Бывай, дядя, – сказал я, разворачиваясь на сто восемьдесят.