— Кевин…

— Чего?

Она говорила очень тихо, опасаясь, что ее услышит Марс.

— Ты ведь, как и я, вляпался в это против своего желания.

Он помрачнел.

— Я слышала, как вы разговаривали. Мне кажется, ты единственный понимаешь, что вы делаете только хуже себе, оставаясь в доме. Деннис этого не осознает.

— Не говори ничего про Денниса.

— Почему ты его слушаешься?

— Слушаюсь, и все. Помолчи.

— Моему отцу нужен врач.

— Он всего лишь без сознания. Со мной такое тоже случалось.

— Ты знаешь, что дело обстоит гораздо хуже. Подумай о том, что ты делаешь, Кевин, прошу тебя. Убеди Денниса. Если мой отец умрет, вам предъявят обвинение еще в одном убийстве. Ты же и сам все понимаешь.

— Я ничего не могу сделать.

— Ты же не хотел грабить минимарт, правда? Уверена, ты пытался отговорить Денниса, но он не стал тебя слушать, а теперь ты сидишь здесь, и тебе предъявят обвинение в убийстве.

Он не поднимал головы, лишь молча завязывал шнур.

— Бьюсь об заклад, что я права. Ты знал, что этого делать нельзя. И понимаешь, что сейчас вы поступаете неправильно. Моему отцу нужен врач, но Деннис упрямится. Если ты будешь продолжать слушаться Денниса и Марса, полицейские вас всех прикончат.

Кевин сел на пятки. У него был измученный вид, словно он слишком долго думал о задаче, у которой нет решения, и смертельно устал. Он покачал головой.

— Мне очень жаль.

За спиной у него появилась тень, и Дженнифер заметила в дверях Марса, который с пустым выражением на лице смотрел на них. Она не знала, сколько времени он там простоял и что слышал.

Марс не смотрел на Кевина, он не сводил глаз с нее.

— Никогда ни о чем не жалей.

Кевин так быстро вскочил на ноги, что потерял равновесие и чуть не упал.

— Я слишком крепко связал ей щиколотки, пришлось немного расслабить.

Марс подошел к окнам и забил в рамы длинные гвозди, чтобы их невозможно было открыть, затем вернулся и встал перед Дженнифер. Он стоял очень близко, возвышаясь, словно огромная гора, вершиной уходившая к потолку. Затем он присел у ее ног и подергал путы на щиколотках, так что шнур впился ей в кожу.

— Слишком слабо. Ты связал ее как котенка.

Марс затянул шнур на ногах, а потом на запястьях. Шнур так сильно врезался ей в тело, что Дженнифер пришлось прикусить губу, чтобы не закричать, но она была слишком напугана, чтобы возмутиться. Затем Марс оторвал кусок липкой пленки и заклеил ей рот.

Кевин взволнованно размахивал руками, он явно боялся Марса.

— Не слишком сильно, а то она дышать не сможет.

Марс с силой прижал пленку к ее губам. Дженнифер так испугало его прикосновение, что она едва не завопила.

— Иди вниз, Кевин.

Кевин остановился в дверях. Марс продолжал стоять около Дженнифер на коленях, прижимая к ее лицу пленку, словно хотел, чтобы она проникла во все поры. Давил и давил ритмичными тычками. Дженнифер поняла, что сейчас потеряет сознание.

— Ты идешь? — спросил Кевин.

— Сейчас. Иди.

Дженнифер посмотрела на Кевина, умоляя одними глазами не оставлять ее наедине с Марсом.

Кевин ушел.

Когда она наконец снова взглянула на Марса, оказалось, что он за ней наблюдает. Марс приблизил свое лицо к ней, наклонясь вперед. Дженнифер отшатнулась, думая, что он собирается ее поцеловать, но он не стал. Он очень долго не шевелился, глядя сначала в ее левый глаз, а потом в правый. Затем наклонился еще ниже и принюхался. Он ее обнюхивал.

Затем он выпрямился.

— Я хочу тебе кое-что показать.

Он стянул рубашку, открыв рыхлое тело цвета нестираных простыней.