Он вышел из кареты, кивнул лакею, распахнувшему сверкающую дверцу, и взбежал по лестнице к дверям.

Чарлз проводил его тяжелым взглядом и тихо произнес: — Будь спокоен, Брэден. Ее никто не обидит. Никто…

— Брэден, это ты? — Сирил Шеффилд выглянул из библиотеки.

— Он самый. — Брэден широкими шагами прошел через мраморный холл, мимо засуетившихся слуг. — Мы немного задержались в Скарборо. — Вкратце он рассказал дяде о беде, которая чуть не приключилась с Робертом Греем. Сирил не мог скрыть озабоченности.

— Грей? Я помню, ты как-то расспрашивал меня о Греях, кажется, это было несколько лет тому назад. Это тот самый?

— Да.

— Так ведь это отец той девочки, с которой ты разговаривал однажды на берегу… — Он замешкался, вспоминая.

— Кассандра, — подсказал Брэден.

— Да, Кассандра, — повторил Сирил. — Ну и как она?

— Она там никому не нужна.

Сирил сочувственно пожал плечами.

— Да-да, я слышал, что ее отец ведет себя недостойно. Ей, бедняжке, наверное, приходится тяжело.

— Его убить мало. Только представлю себе, что она… — Он замолчал с искаженным от гнева лицом. — Ладно. Не будем об этом говорить, Сирил. Я должен сам разобраться с этим.

— Конечно, Брэден, — с готовностью согласился дядя. Он откашлялся. — Сегодня утром приезжал посыльный от Уильяма Девона, привез его замечания по поводу вашей последней сделки.

Брэден почти отмахнулся:

— Хорошо, я просмотрю их завтра.

— Он также вручил нам приглашение на званый ужин в следующем месяце. Я надеюсь, ты…

— Нет.

Сирил как будто ожидал именно такого ответа и был готов к нему.

— Брэден, ты ведь не хочешь оскорбить его?

— Уильям Девон — хороший партнер, — перебил его Брэден. — Нас с ним многое связывает. Но наши мнения об одной вещи — о его дочери — никогда не совпадут. В случае крайней необходимости я могу стерпеть ее присутствие, но добровольно обречь себя на ее общество выше моих сил. — Брэден бросил на дядю раздраженный взгляд. — Я достаточно прямо объясняюсь? — Вопрос не требовал ответа, и Брэден отправился к дверям. — Прости, Сирил, мне пора спать.

Сирил удрученно вздохнул.

— Конечно. Спокойной ночи, Брэден.

— Спокойной ночи. — Мысли Брэдена, вновь поглощенные Касси, были уже очень далеко от Эбигейл.

Прошел не один час, пока волнения были наконец побеждены простой человеческой усталостью, и Брэден уснул. Но и сон его был тревожным, и во сне его неотступно преследовал образ темноволосой девушки; она трогательно взывала к нему о помощи, по-хозяйски проходила сквозь стены отчуждения, которые он воздвиг вокруг себя, чтобы разбудить его чувства и поселиться в его сердце.

Сон никак не приходил.

Это стало уже привычным для Касси. Последние несколько недель вымотали ее. По вечерам ею овладевало беспокойство, угнетало предчувствие кошмара, и только пылкие девичьи фантазии с Брэденом в главной роли помогали ей отвлечься на некоторое время. А днем ее не оставляло напряжение ожидание: в каком настроении будет сегодня отец? Он стремительно терял человеческий облик, впадая то в ярость, то в мрачную безысходность.

Сегодняшний день не был исключением: Роберт Грей вновь набросился на дочь с оскорблениями и только после того, как выложил все, что накопилось у него на душе, яростно хлопнул дверью и оставил Касси одну.