— Врешь! — Прорычал Роберт и, схватив ее за плечи, отшвырнул к другой стенке. Касси не удержалась и упала на колени. Он медленно, угрожающе приблизился к ней и рывком поднял на ноги. — Ты думаешь, я слепой, я ничего не вижу? Ты думаешь, что будешь вечно водить меня за нос и тебе все будет сходить с рук? Да, Элина? — Он замахнулся и что есть силы ударил ее в лицо.

Касси закричала во весь голос, почувствовав кровь на губах:

— Я не Элина, отец! — Рыдания душили ее. — Я Кассандра. Мама давно…

— Шлюха! — Он схватил ее за волосы и несколько раз ударил головой о стену. Он не хотел видеть ее лицо. Сейчас оно было в ссадинах и кровоподтеках, но все равно до боли напоминало то лицо, что преследовало и рвало на части его душу. — Когда ты прекратишь изменять мне? Я что, вечно должен смотреть сквозь пальцы на твои похождения? — Он обхватил горло Касси огромной рукой. — Но теперь все, Элина. На этот раз тебе придется ответить. И это будет последний раз.

Паника, подобно желчи, поднялась в горле Касси. Она чувствовала, как твердеют пальцы Роберта на ее горле. Ей становится нечем дышать, а с дыханием уходит из нее и жизнь. Последним напряжением воли Касси резко дернула ногой, целясь коленом прямо в пах мужчины.

Роберт резко отпустил ее, и она услышала его первобытный вой, но не остановилась. Не обращая внимания на острую боль в боку и на дрожь, сотрясавшую все ее тело, она слетела по лестнице и выбежала во двор. Перси, до той поры скаливший зубы и рычавший на Роберта, сорвался вслед за хозяйкой.

Ночной ветер освежил ее мокрое лицо. Боль в боку усиливалась с каждым шагом, но Касси не могла, не должна была мешкать. Она бежала вдоль такого родного и знакомого берега, берега, который мог принести ей успокоение и утешение в ее смертельном отчаянии, но сейчас не могла задерживаться здесь. Рыдания сотрясали ее грудь, а сердце и тело словно умерли, скованные болью и испугом.

Но ум ее был ясен. Она знала, куда бежать.

Если я буду нужен вам, когда угодно, в любое время, я буду здесь с вами. Помните об этом. Она повторяла эти слова Брэдена не один раз; они стали ее любимым еженощным псалмом. Касси! Я вернусь. Обязательно вернусь.

Глава 5

— Спасибо тебе за прекрасную утреннюю поездку, Ураган. Ты сегодня гораздо бодрее меня. — Брэден погладил породистого жеребца по шелковистой холке цвета красного дерева.

— Немудрено, если вспомнить, как поздно ты вчера лег спать. — Сухая фигура Чарлза появилась в дверях, он жестом велел посторониться молодому конюху, безуспешно пытавшемуся принять у хозяина капризного коня. Только его светлость мог справиться с норовом Урагана.

Брэден с удовольствием смотрел на жеребца: тот ничуть не устал, его спокойствие и ровное дыхание после длительной скачки лучше всяких родословных говорили о его породе и здоровье.

Чарлз подошел к Брэдену и вгляделся в темные круги под его глазами.

— Да ты, похоже, совсем не ложился спать? У тебя жалкий вид, — сообщил он ему.

Брэден криво ухмыльнулся:

— Ну, спасибо. Ты прав, я лег было, но мне не удалось уснуть.

— Тебя тревожит мисс Грей. — Это было скорее утверждение, чем вопрос, и Чарлз ждал, как Брэден отреагирует на него.

Реакция не заставила себя ждать. Брэден насупился, глаза потемнели, как небо перед грозой.

— Да, я беспокоюсь о Касси. — Тон его был нарочито бесстрастным. — Меня сильно тревожит, что она живет одна с этим… пропойцей.

— На этой неделе я несколько раз был у ее дома, дважды я видел мисс Грей, когда она выгуливала собаку, но ее отец ни разу не показался мне на глаза.