Брун, уже смирившаяся с ролью моей няньки, помогла мне со шнуровкой корсажа. Затем я надела сапоги и снова пришла, шкандыбая, к распорядительнице.

Вот, сказала ей, посмотрите на меня, и что мне, бедолаге, со всем этим делать?!

И та наконец таки проявила снисхождение.

Вернее, бытовую магию как минимум пятого уровня, до которой даже Брун было еще очень и очень далеко. Уж и не знаю, как именно это работало, но обувь уменьшилась размера так на три, став мне как раз по ноге. На радостях я не только поблагодарила магиссу Корфилд, но еще и притащила ей свои сандалии, а потом и обувь из нового комплекта одежды, которую я раздобыла для Хейди.

Уж и не знаю, где та гуляла все это время, но когда подруга вернулась, ее поджидало серое платье, сорочка и сандалии с сапожками по ее маленькой ножке.

Невнятно меня поблагодарив, Хейди принялась переодеваться, тогда как я решила вымыться в бадье.

Предложила и остальным, но те лишь покачали головами. Брун поморщилась и заявила, что подождет, когда можно будет договориться с кем нибудь из магов, чтобы нам нагрели ванну, а Хейди страдальческим голосом призналась, что не умеет мыться в холодной воде.

Зато я никаких проблем в купании не увидела. В нашем городе, бывало, могли и на пару недель отключить воду.

И горячую, и вообще любую.

К тому же в сумке у меня лежали шампунь и кондиционер для волос. После разговора с деканом я решила, что мне стоит избавиться от вещей своего мира, чтобы не вызывать ни у кого подозрений. Вот я и решила… сперва избавиться от шампуня, вылив его весь себе на голову. А потом и кондиционер, хотя мне было их очень и очень жаль.

Где я еще раздобуду подобное?!

Кое как промыв волосы в холодной воде, я вытерла их казенным полотенцем и вернулась к подругам, украдкой сунув пустые флаконы в нижний выдвижной ящик своего комода, в который я уже пристроила телефон, старенький лаптоп, две зарядки, кое что из косметики, мои документы и книги на русском языке.

Хейди все так же лежала на кровати, разглядывая потолок и пребывая в полнейшей меланхолии, а Брун заявила, что, пока я мылась, она успела разузнать, где находится столовая.

Она проголодалась, поэтому отправляется на ужин. Если мы хотим, то можем к ней присоединиться. И мы присоединились – даже Хейди ради такого дела вышла из своей меланхолии.

***

Столовая находилась в пристройке к центральному крылу, и на ужин мы все таки опоздали. Впрочем, повара прониклись к нам куда большим сочувствием, чем магисса Корфилд, выдав каждой по тарелке с чем то невероятно вкусным, похожим на нашу лазанью.

И компот, и имбирный пирог – как же без десерта!

Затем мы снова вернулись в общежитие, и я принялась раскладывать вещи, добавив в ящик с тем, от чего нужно избавиться, еще и дезодорант с зубной щеткой. Решила, что пластик, яркие цвета и надписи на чужом языке могут вызвать в этом мире ненужные вопросы.

Оставалось придумать, как это провернуть, чтобы меня случайно не приняли за шпиона с Суши. К тому же не помешало бы раздобыть местные аналоги взамен утраченному, потому что я слабо представляла свою жизнь без зубной щетки и множества других предметов домашнего обихода.

Но решила, что подумаю обо всем завтра – выкинуть ли мне дорогие сердцу вещи на местную свалку или же лучше закопать их под магнолией по соседству с лягушачьим прудом?.. Или найти доброго и воспитанного дракона, вступить с ним в контакт и попросить все сжечь?

Вздохнула – вопросов было миллион, ответы привычно отсутствовали, поэтому, скинув обувь и одежду и оставшись лишь с одной сорочке, я вытянулась на кровати. По другую сторону окна разместилась Брун, которой нечего было раскладывать – если только снять с себя перевязь и меч, которые она устроила под боком.