— Понятно, — усмехнулся герр Баум и покивал: — Женщины — они все такие, вне зависимости от возраста. Сколько бы ни стоил подарок, каким бы ни был полезным, прежде всего, он должен быть красивым, иначе обид будет… Взять вот хотя бы мою Малицу…

— Да-да, дорогой? Что ты про меня говорил? — послышался от входа о-очень ласковый голос упомянутой фрау.

— Я говорю, что исключения тоже встречаются, и ты — одно из них, — не оборачиваясь к фыркнувшей жене и моментально сориентировавшись, выдал хозяин мастерской и, подмигнув Вячеславу, кивнул на часы: — Закругляйся, ученик. Время уже позднее.

Как бы ни старался Вячеслав, сколько бы ни использовал ускоряющие обучение техники матери, но освоить «живое» оперирование за полгода так, чтобы составить конкуренцию профессионалам, он все же не мог. В этом деле одним упорством вершин не достичь, это Вячко понял, прочитав несколько дневников артефакторов, нашедшихся в библиотеке герра Баума.

Для «живого» оперирования нужен особый склад ума, сочетающий математическую точность и образность мышления. Руны разнообразны, значения их подчас весьма размыты и противоречивы, так что правильно составить из них цепочку или скрипт, влияющий на материальные объекты или физические явления строго определенным способом без побочных эффектов, довольно сложно. В информационном оперировании этот процесс намного проще. Математический аппарат, применяемый в рунном программировании, позволяет «урезать» значения используемых рун, сводя их вариативность до минимума и тем самым снижает возможность ошибки или неверного действия составляющих программу цепочек практически до нуля. А в «живом» оперировании таким ограничителем выступает сам оператор, его воля, определяющая значение каждой наносимой руны постоянным эфирным воздействием, проводимым через физический контакт с рунескриптом.

Не самый простой предмет… Но, учитывая проблему Вячеслава с запечатанным Даром, это, пожалуй, единственный для него способ оперирования Эфиром вне своего тела, именно поэтому он так рьяно взялся за изучение работы с рунами «по-живому». И как показали опыты с одеждой и обувью, кое-чему подросток все же научился. Пусть после нанесения каждой руны у него сводит судорогой пальцы от пропущенного через них потока Эфира, пусть пока он составляет лишь очень простые рунескрипты, главное, они выполняют заложенные функции! И этот факт дарил Вячеславу не только необходимую как воздух уверенность, что его новая поделка окажется не хуже предыдущих, но и радость от того, что кое в чем он уже перещеголял большинство одаренных… и надежду, что когда-нибудь даже напыщенные стихийники признают его умения.

Ну да, честолюбие Вячеславу не чуждо. Тем более теперь, когда у него появилась реальная возможность утереть нос тем, кто сейчас смотрит на него как на грязь под ногами из-за дефекта его Дара. А таких людей в Пернау немало. Для этого даже не нужно быть сильным одаренным, более того, фактически любой сенсор способен с легкостью определить проблему Вячка, достаточно лишь единожды к нему присмотреться. И ведь присматриваются: чаще всего чтобы определить степень опасности человека, на которого странно реагирует их чутье… после чего окатывают презрением. В отличие от людей, лишенных Дара, которых одаренные чаще всего воспринимают абсолютно нейтрально, люди с покалеченным Даром вызывают у них в лучшем случае пренебрежение, а в худшем — брезгливое презрение.

В такие моменты Стрелков был готов проклинать свою эмпатию… но теперь-то! Теперь ему абсолютно наплевать на то, как отнесется к нему какой-нибудь сенсор или стихийник. Вячеслав может то, что им со всей их кичливостью и не снилось… Это не поможет в бою? Как сказать, как сказать… В прямом столкновении со стихийником, даже если это будет неофит, Стрелков сейчас, конечно, проиграет.