– Тут остановимся, – решил я, выбрав местечко поприятнее. Во всяком случае, тут не было ни живых деревьев (а эти заразы мало того, что могут ветвями удушить, так еще и корни ночью подпустить к спящим, не отобьешься!), ни какой другой дряни. Так, мелочь, которая от одного моего запаха разбежится.

Чеверча слезла с кота и уселась на траву. Вета осторожно присела рядом. Я отпустил лошадей – пускай поохотятся, к ночи как раз вернутся, охранять будут, – и повернулся к ведьме.

– Ну, рассказывай!

– А что рассказывать? – пожала она плечами. – Я сказала уж – заклятие. Нехорошее.

– В чем его нехорошесть выражается? – спросил я. – Ну, кроме того, что я десять лет неизвестно где болтался.

– Вот в этом самом, – хмыкнула Чеверча. Сейчас она выглядела почти нормально, даже глаза косили не так сильно, как обычно. – Понимаешь, Ашер… Я об этой дряни только слышала, от бабки еще. Да и она сама его никогда в деле не видала и уж тем более не применяла. Хотя ей бы сил не хватило…

Я протяжно присвистнул. Чеверча своей бабке и в подметки не годилась, по ее собственному признанию, а если учесть, какой силой обладала моя бывшая подружка, то можно представить, на что была способна ее прародительница! И она не смогла бы провернуть такое?

– А что делает это заклятье? – поинтересовалась Вета.

– Да берет и вышвыривает объект применения из этой реальности, – буркнула Чеверча.

– В другой мир? – допрашивала Вета.

– Нет, – помотала головой ведьма. – Как тебе объяснить… Другой мир – это тоже наша реальность, понимаешь? А тут… был кто-то – и нет его. Ни в одном мире. Вообще нигде. И не спрашивай меня, где он оказывается, я не знаю!

– Но Ашер же вернулся… – прошептала Вета, меняясь в лице и вцепляясь в мой локоть обеими руками. – Пусть через десять лет, но вернулся! Живой…

– А я не говорила, что заклятье убивает, – хмыкнула Чеверча. – Просто выбрасывает незнамо куда. Почему Ашер вернулся, тоже не знаю. Может, потому, что его самым краешком задело, может, действие заклятья не бесконечно, может, всё это вместе, а может, еще по какой причине… Врать не буду, не представляю даже!

– А объектом применения, судя по тому, где оказался центр заклятья, был Хопря… – задумчиво сказал я, приобняв Вету. Что-то она совсем разнервничалась, на вкус ее испуг – за меня испуг, не абы что! – казался чем-то вроде вишневого мусса, а вишню я люблю, потому тянул его беззастенчиво. – Так может, и он вернется?

– Вполне вероятно, – охотно согласилась Чеверча. – Если считать, что действие заклятья тем сильнее и иссякает тем дольше, чем ближе объект к центру его приложения, то Хопря вполне может вернуться. Лет этак через триста. Мы доживем, конечно, но…

– Но мне бы хотелось вернуть его пораньше, – закончил я. Как-то грустно мне было без верного товарища! – Скажи-ка, а нейтрализовать заклятье можно?

– Понятия не имею, – пожала плечами ведьма. – Теоретически, сам знаешь, можно всё. А точного метода не знаю, не обессудь!

– Что-то ты ничего толком не знаешь, – буркнула Вета.

– А оно мне не надо, – не обиделась Чеверча. – А то, что нужно, я знаю преотлично!

– Чеверча, значит, наложить такое заклятье мог только кто-то с очень сильными магическими способностями? – уточнил я.

– Вообще-то да… – сказала она задумчиво. – Но понимаешь, Ашер… Это для человека или полукровки вроде меня всё зависит от личных возможностей. А есть ведь еще артефакты, это раз. Два – есть существа вроде тебя или тех же фэренай.