Едва Кира появилась на пороге, герцог поднял глаза, и она нервно сглотнула. Разумеется, она не нравится ему, так же как и матери Джеймса; они без всяких слов ясно дали ей это понять. Миссис Хауленд она могла бы со временем переубедить, доказав, что ее невестка не является ни проституткой, ни язычницей. А вот Кропторн, похоже, был непреклонен в своих суждениях – но именно это и манило бросить ему вызов.

Тем не менее, поскольку Джеймс был очень высокого мнения о кузене, ей придется быть вежливой и ради жениха, и ради гармонии в семье.

– Доброе утро, ваша светлость. – Она улыбнулась. – Прошу прощения, если помешала вам. Я была уверена, что никого не застану здесь в столь ранний час.

– Вот как? Но я всегда встаю рано.

Задержавшись на пороге, Кира отметила про себя, что герцог не торопится пригласить ее присоединиться к нему за столом.

– Значит, вы так же, как и я, любите рано вставать, – сказала она. – Раннее утро кажется мне таким освежающим...

– Ну а я нахожу это удобным до полудня. Можно поделать много работы.

– Действительно, вы правы. – Кира смущенно умолкла. Ей раннее утро всегда казалось безмятежным и спокойным, а Кропторн считал его подходящим для работы. Что ж, возможно, но такое отношение показалось ей довольно скучным.

– Почему бы вам не присесть? – наконец, произнес герцог и начал собирать бумаги.

– Пожалуйста, не прерывайтесь из-за меня. Я с удовольствием выпью чаю в тишине. – Кира прошла мимо ряда фамильных портретов к буфету с едой.

– Так случилось, что сегодня утром я должен на несколько дней уехать в Лондон, куда меня зовут дела. А вы можете позавтракать в тишине, так, как вам нравится.

Бесцеремонный – самое вежливое слово, чтобы описать герцога, решила Кира и положила себе на тарелку лепешку. О, она предполагала, что человек его ранга привык обращаться с нижестоящими с большой долей снисходительности. И все же хотя Гевин Даггет и казался надменным, он имел влияние на мягкосердечного Джеймса и, возможно, мог даже заставить его отказаться от свадьбы. Герцог явно из тех, чье неодобрение нельзя недооценивать, если она хочет выйти за Джеймса, утихомирить скандал с лордом Венсом и найти место, которое сможет назвать домом.

– Счастливого вам пути, – сказала Кира, стараясь, чтобы голос ее звучал как можно любезнее, и села за стол.

Гевин холодно поклонился и направился к выходу, но, оказавшись рядом с ее стулом, остановился.

– Мне сообщили, что вы племянница графа Уэстленда.

Чашка Киры замерла в руке. Она осторожно взглянула в сторону герцога и заметила в его глазах любопытство. Вероятно, он уже слышал и о скандале, и о ее происхождении. Его неодобрение по отношению к ней стало глубже, чем вчера; пристальный взгляд ясно показывал это. Попытка защититься от скандала не приведет ни к чему хорошему. И что она может сказать о своей смешанной крови? Кира была не больше рада этой реальности, чем он.

Персы избегали ее; англичане глазели на нее и перешептывались. Всю жизнь ей не хватало общества людей, пусть и немногих, которые принимали бы ее просто как человека.

Очевидно, что Кропторн не из их числа.

– Да, – сказала она, опуская чашку. – Но я почти не выезжала из деревни и никогда не встречалась с ним.

Кропторн задумчиво кивнул, как будто осмысливая ее слова. Вероятно, ему также известно, что несколько лет назад ее отец был изгнан из семьи, но если он предпочел изображать вежливое неведение, она поддержит его игру.

Темные глаза герцога блуждали по лицу Киры, как будто выискивая все новые доказательства ее персидской крови.

– Жаль.