Кровь сочилась из ран и стекала ручьями по его груди и животу. Он бывал и в худшем состоянии и выживал.

- Только через мой труп.

В ее глазах что-то промелькнуло, и Хевен понял, что попал в точку. Ведьме не нужна его смерть... нет, по какой-то причине он необходим ей живым. И это было ее слабым местом.

Она могла проливать его кровь и причинять боль, но не могла убить. Это утешало, хоть и не сильно.

Ведьма прищурилась, и через мгновение он снова почувствовал, как ток прошелся сквозь его голову. Она снова это сделала, попыталась вторгнуться в его разум и найти искомое.

Но он ей не позволит. Хевен сжал челюсть и напряг мышцы шеи, пытаясь выгнать Бесс. Образы последних секунд жизни матери промелькнули перед глазами, и ее последние слова эхом раздались у него в голове.

- Помни о любви, - наказала она ему на последнем издыхании. Хевен успокоился от ее слов и почувствовал, как его окутывает тепло.

Внезапно, электрический разряд пронзил его тело, и он изогнулся в судорогах. Последовавший всплеск адреналина подарил ему достаточно дополнительной энергии, чтобы сопротивляться вторжению извне.

Он не мог описать свои действия, но знал, что это сработает. Щупальца Бесс, вторгающаяся в мысли, отлипли от разума и отпустила его. Электрический разряд сошел на нет, затем в голове снова прояснилось.

- Ты сука! - прошипел он.

Он не позволит ей пробраться так глубоко вновь. Его разум принадлежал ему. Ни у кого нет права в него вторгаться. Там скрыты все его страхи и надежды от чужих глаз, спрятаны от реальности, от холодной, жесткой правды, что продолжала его терзать.

Реальность, которую Хевен никогда не хотел признавать, и надежды, от которых не был готов отказаться, даже несмотря на то, что с каждым новым днем его мечта найти Кэти становилась все несбыточней. Никто не имел права видеть бардак в его разуме и скрытую боль.

Он никогда не делился этим даже со своим братом. И уж тем более не откроется ведьме, которая держала их в заложниках.

Он ослабнет, если покажет свои мысли. А ему нужно быть сильным, чтобы выбраться живым.

Плеть рассекла кожу и вернула его к реальности. Не получалось убежать от страданий, что охватили его тело. Он пытался их блокировать, отключить все чувства, но это было бесполезно.

Боль пронзила каждую клеточку его тела, ослабив решимость. Сердце отчаянно билось, пытаясь качать кровь туда, где это было нужнее.

- Отлично, ты не пропускаешь меня, тогда дай мне вместо этого ответ.

Хевен не понял, что она имела в виду. Бесс еще ничего у него не спрашивала.

- Где ключ к твоим силам?

Что за черт?

- Какие силы? - прохрипел он. Его голос выдавал, насколько тело истощено побоями, и как сильно болели ребка после полученных кровоподтеков.

- Твои ведьмовские силы. - Прошипела Бесс нетерпеливо.

- Ты, похоже, рехнулась. У меня нет ведьмовских сил. - Ни у него, ни у его брата никогда не было сил их матери, даже толики.

Если ведьма хотела использовать его силы и, возможно, украсть их, то это поезд в никуда.

- Не лги мне! - Она хлестнула плетью по его груди.

Хевен застонал, пытаясь превозмочь боль, и стиснул зубы, чтобы защититься от худшего.

- У меня нет...

Плеть поразила его выше и полоснула по шее. Обжигающая боль опалила его кожу, когда хлыст рассек нежную плоть.

Хевен потянул свои кандалы в попытке убежать, но они крепко его удерживали. Подобно змеям, обвивались вокруг его рук и жестко сжимали, лаская кожу почти также нежно, как наждачная бумага.

- Ты скажешь мне сейчас же. - Она подошла ближе и сильно ударила Хевена по лицу. Его губа треснула, отчего рот наполнился кровью. Он сплюнул на ведьму, избавляясь от металлического привкуса, грозившего спровоцировать рвоту.

- Думаешь, я бы позволил избивать себя, если бы у меня были силы?

Ведьма замерла, на ее лице промелькнуло любопытство.