Иветт развернулась с поразительной скоростью... скоростью, которую он видел прежде у других вампиров... она стояла лицом к его брату, положив руки на бедра и расставив ноги так широко, что ее облегающее платье порвалось по шву. Иветт приготовилась к атаке.

- От этого он не обратится, - заявила Иветт.

- Не сомневался, что ты так скажешь.

- Это правда. Человек должен быть на грани смерти, чтобы обратится. Живой, пьющий кровь вампира, не может превратиться.

Иветт метнула на Уэсли сердитый взгляд.

- Ты должен благодарить меня за то, что я предлагаю это. Ни один вампир не станет легкомысленно делиться своей кровью. Это - привилегия. Мне следовало бы просто оставить его страдать за то, что он похитил меня и Кимберли.

Хевен спросил себя: можно ли ей доверять. Действительно ли безопасно взять ее кровь? Он передвинулся, и от этого его тело пронзило болью.

Проклятье, его состояние хуже, чем он предполагал. Хевен посмотрел на большие порезы на своем животе. Вид воспаленной плоти вызывала тошноту и кое-что еще: крохотный приступ страха, что повреждения более серьезнее, чем он думал сначала.

Если он снова потеряет сознание, кто позаботится об Уэсли?

- Зачем, ты тогда предлагаешь?

Иветт зарычала.　

- Больше не предложу. - атем оьратилась к Хевену. - Твой брат предрешил твою судьбу. Валяйте, посмотрю, кто из вас двоих сможет остановить кровотечение. Моя работа выполнена.

Разозлившись, она отвернулась от них, подошла к койкам у противоположной стены и внезапно упала на одну.　

- Почему я вообще переживаю?

Будь он проклят, если она не выглядела уязвленной. Как такое возможно? Хевен принял сидячее положение, несмотря на вызванную боль.

Возможно ли, что человеческая сторона сильнее животной, и она на самом деле хотела помочь?

- Что твоя кровь сделает со мной?

- Хав! Ты спятил?

- Не вмешивайся, Уэс.　

На этот раз он не желал, чтобы брат так опекал.

- Ты считаешь, я по-прежнему склонна дать тебе кровь.

Иветт надулась. Сейчас в ней не было ничего вампирского. Она выглядела обычной обиженной женщиной: со скрещенными руками на груди и дерзким блеском в глазах.

Она осознаёт, что эта поза подчеркивает полные холмики ее грудей, делая на них основной акцент, от которых Хевен не мог отвести глаз?

- А если я тебя хорошенько попрошу?　

Он определенно ходил по краю. Хевен просто попросил Иветт дать ему своей крови? Что, черт возьми, с ним не так?

Уэсли поднял руки.　

- Ты безумец! Совсем сошел с ума! Если ты сделаешь это, я никогда не стану разговаривать с тобой. Слышишь?

Хевен отмахнулся от брата. Уэс преувеличивал. Он позже успокоится.

От слов Уэсли, Иветт усмехнулась.　

- Я сделаю это, только чтобы позлить твоего младшего брата.

Его сердце не должно так подпрыгивать только из-за ее согласия, но это было так. Его охватило волнение, хотя он понятия не имел, чего ожидать.

А если он поперхнется ее кровью? А если на вкус это будет отвратительно?

Но пути назад уже не было. Иветт снова подошла к нему. Когда она опустилась рядом, он ощутил тепло ее тела и запах апельсина от ее кожи. Иветт расположилась за ним.

- Откинься назад.

Хевен откинулся, и его спина уперлась в ее грудь.

- Идиот! - отчитывал Уэсли, но Хевен его проигнорировал.

Сейчас он мог думать лишь о прикосновении Иветт. Хевен повернул голову и стал наблюдать за ней, как она прокусила свое запястье.

Он только мельком увидел, как острые клыки вонзились в ее плоть, проколов кожу, и от этого зрелища затрепетал.

Кровь мгновенно потекла из запястья, и Иветт поднесла руку к его рту.

- Просто соси из нее.

- Сколько?

- Твое тело даст знать, когда надо остановиться.　

Ее голос был низким и хриплым, таким греховным, что его волоски на затылке встали дыбом.