Мои глаза уже неплохо адаптировались к полумраку, который освещал только свет из горна. Но я не смог рассмотреть, что происходило в конце подвала. Там валялась какая-то куча тел, из которой вырвался мой старый знакомый упырь. Он очень быстро бежал ко мне, обогнав остальных трупаков, и, когда подошёл на расстояние прыжка, совершил его.

Тварь налетела на раскалённый изменённый инструмент, который я вовремя схватил, не жалея рук. Моя кожа горела, продолжая сжимать раскалённый металл, но твари досталось больше. Его грудь была пробита, а металл закалился вместо воды кровью этого существа. Не теряя времени, я со всего размаху пробил монстру висок, для надёжности несколько раз, и, не отпуская инструмента, побежал в конец тоннеля.

По пути я старался сбить как можно больше опор, поддерживающих землю сверху. Да, тем самым я закрыл себя под землёй, без еды, воды и тепла. Зато отрезал мертвецам путь ко мне.

— Кажись, нам пиздец, — сказал я Барсику, который не пойми как успел оказаться тут впереди меня.

Да уж. Ситуация патовая. Я просто мастер влипать во всякое дерьмо. Ну хоть лопата есть. А ещё молоток и гнутый ломик.

Адреналин постепенно отступал, а боль от обожжённой ладони — нарастала. У меня аж внутренности скрутило и хотелось блевать от жгучей пульсирующей боли в руке. И как теперь работать? Я даже разжать ладонь не могу. Ну и влип...

Боль становилась только сильнее. Мне уже хотелось оторвать свою руку или скормить мертвецам, лишь бы она не болела.

— Блять! А-а-а! — орал я, чтоб хоть как-то отвлечься.

Не знаю зачем, но я решительно хотел разогнуть свои пальцы и выпустить инструмент из рук. Но как только начал это делать, боль ещё больше усилилась. Хотя мне казалось это невозможным.

Я отчаянным и резким движением разомкнул пальцы, и в глазах потемнело. Ноги перестали держать моё тело, и я рухнул на землю.

***

Не знаю, сколько я пролежал, час или день, по свету определить это было невозможно. Тело было невероятно уставшим, а ладонь по-прежнему болела. Хоть и ломика в ней уже не было. Зато была запёкшаяся кровь, скопившаяся под обугленными кусками кожи. Отвратительное зрелище.

Очень хочется пить. Не говоря уже про дикий голод.

— Барсик, может тебя сожрать? — спросил я кота.

Тот недоверчиво зыркнул на меня и отошёл на несколько шагов. Даже кот со своей густой шерстью выглядел замёрзшим. Меня тоже знобило, кажется, простыл.

Не желая подыхать, я пытаюсь поковырять кирпичи, но одной рукой ничего не получается. Силы удара не хватает, чтоб отколоть хотя бы маленький кусочек кладки. О том, чтоб использовать ломик как зубило, и речи быть не может. Второй рукой взять молоток нереально. Я даже пошевелить пальцами не могу.

Поковырял стену с полчаса и потерял последние силы. Я чувствую себя настолько плохо, что начинаю жалеть... Лучше бы дал себя сожрать. Хотя бы сейчас уже не мучился. Прикрыл глаза и попытался поискать выход из ситуации в интерфейсе.

Остальные характеристики без изменений... Меня немного порадовал рост уровня и что за ту тварь мне дали около тысячи опыта, но здоровье почти закончилось. Я это ощущаю и телом, и мозгом.

Хм-м... Похоже, теперь стали давать по четыре очка за уровень. Только чем это мне поможет?

А если в выносливость вложить?

Стало полегче. Но из жопы я всё ещё не вылез. Барсик и вовсе свернулся в клубок и от голода жевал мою штанину.

— Эй, я же замёрзну, — сказал я и дёрнул штанину на себя.

Похоже, перестарался... Кусок ткани оторвался, и я решил перевязать им повреждённую руку, чтоб меньше травмировать. Хотя, уже пофиг...

— Стоп! Барсик, ты гений! — внезапно выкрикнул я.

Новая идея придала мне сил, и, несмотря на холод, голод и жажду, я начал действовать.

Сначала снял с себя штаны и привязал ими молоток к повреждённой руке.