Пришлось увеличивать скорость движений и проявлять чудеса ловкости. Но после очередного тарана забора своей спиной я не выдержал и резко контратаковал. Теперь уже от моей палки крепко доставалось всем – и стражникам, и коню. Ему «везло» больше всех, так как места для него явно не хватало, а пользоваться ручными щитами, как делали стражники, он не мог. Впрочем, побои только шли ему на пользу, активно развивая ауру, далеко не каждый мой удар оставлял след на его шкуре, удерживаясь ею. Стражники же больше надеялись на обычную физическую защиту и собственную ловкость. И это мне казалось весьма странным. Даже у весьма опытных вояк, кем оказались мои нынешние партнеры по тренировке, использование энергетических возможностей организма было далеко не в чести. Да, все понимаю, они развиваются в весьма специфических условиях, а терпеть боль от продолжительных избиений добровольно никому не захочется. Однако для воина лучше часто терпеть неприятные ощущения на тренировках, чем умереть от случайно пропущенного удара в бою. Это игрокам все равно – те могут возродиться, но куда смотрят местные? Еще одна странность и один вопрос, ответа на который я сейчас не нахожу.
Тренировка завершилась, когда мои противники окончательно выдохлись. Даже Уль тяжело дышал: без зелий ему явно не хватало выносливости. Обтерев своего четвероногого партнера влажными, а затем и сухими тряпками, отвел его в стойло, отказавшись убирать последствия избиения. Пусть немного потерпит, сильнее развивая возможности ауры таким забавным образом. Пара пропущенных ударов с его стороны тоже должна немного усилить мой естественный щит. В следующих тренировках стоит и дальше поддерживать определенный баланс, время от времени пропуская сильные удары, раз уж они не приводят к сильным повреждениям. Возможно, когда-то так смогу развить у себя практически абсолютную защиту от физических атак.
Оставшееся до вечера время посвятил развлечению занятых шитьем девушек, рассказывая им различные тактические схемы, которые могут пригодиться нам в походах. После мы даже разыграли несколько вариантов нападения шаек разбойников на караван, находящийся под нашей защитой. Я играл за разбойников и искал слабости нашего нынешнего состава и его подготовки. В результате мы пришли к выводу, что нас троих явно недостаточно для охраны торгового каравана, зато вполне можно браться за сопровождение пассажирских дилижансов, а также выступать в роли разведывательного отряда, после того как я в достаточной степени освою передвижение на лошади. Аллия рассказала о своих столь неожиданных талантах лихой наездницы. Ее мать выступала в цирке, и с самого раннего детства она уверенно держалась в седле, однако из-за травмы позвоночника от карьеры циркачки-наездницы пришлось отказаться. Не желая расставаться с цирком, она пошла в костюмеры, где и приобрела свою нынешнюю профессию. Так бы она и скиталась по миру, если бы цирковая труппа не распалась из-за внутренних конфликтов. Мать с отцом тогда уехали за границу, влившись в другой коллектив циркачей, а девушка осталась одна, поступив в институт.
Вечером пришлось выдержать весьма непростой разговор. Девушки предложили официально закрепить имеющиеся отношения контрактом, опять же мотивируя это существенными преимуществами для отряда. Если Ладия имела официальное право на ношение оружия в городах как потомственная дворянка, то Аллия могла приобрести его, только став моей женой или официальной наложницей. На роль жены она, к счастью, не претендовала, соглашаясь ограничиться малым. Мое возражение насчет самой необходимости открытого ношения оружия в городе разбил аргументированный ответ – получить выгодные заказы сопровождения важных персон без такой малости совершенно невозможно. А так у нас появится весьма неплохой шанс за них побороться, благо конкурентов мало. Эскорт важных персон обычно составляет от трех до пяти телохранителей – потому для нашего маленького отряда, имеющего некоторые преимущества благородного статуса командира, подобные заказы идеально подходят. |