— Я знаю вас с детства, и я должна знать! Вы верующий человек? — зачем-то спросила соседка.

— Верующая в той степени, в которой мне это надо.

— Вы сатанистка? — Мне показалось, что тетка с трудом задала этот вопрос, будто через силу.

— Нет. — Я посмотрела ей прямо в глаза. — Но это совсем не ваше дело. Даже если бы это было так, вам бы я все равно не сказала

— Значит вы все-таки сатанистка? — уперлась соседка.

— Я уже сказала, это совсем не ваше дело! — заорала я на всю лестницу. — Отстаньте от меня!

— Это вполне мое дело, я старшая по дому и я должна знать о своих жильцах, чем они живут.

— Мои проблемы — это только мои проблемы. Если Вам не нравится моя внешность, то это уже Ваши проблемы. И мои увлечения — это мои увлечения, и я вовсе не обязана Вам о них докладывать, Вы мне никто.

После этих слов, я резко повернулась и ушла, не слушая возмущенных слов, что соседка посылала вдогонку.

Не знаю, правильно я поступила или нет, но терпеть не могу, когда меня вот так кто-то допрашивает, причем говорит о таких вещах, о которых даже друзья иногда не знают. Я просто не умею сдерживать себя в таких случаях.

45. Феликс

Я не умею сдерживать себя в ряде случаев, и это всегда мне вредило и сильно мешало жить. Вредит до сих пор.

— Садись, поговорим немного, — сказал хозяин стола.

Этот следователь мне чем-то сразу не понравился, и, похоже, чувство было взаимным. Молодой совсем, думаю, только недавно закончил обучение. Или еще нет? Черт его разберет! Одет элегантно, почти с претензией. Я бы даже сказал — франтовато. А манера разговаривать какая-то дурацкая. Сразу на «ты». И вообще ведет себя как олигофрен какой-то. Их там что, культуре речи и правилам поведения не обучают?

— Извините, мы с вами знакомы уже?

— Чего? — следователь вскинул на меня глаза.

— Мне так показалось. Вы говорите, как один мой давнишний приятель.

— Ладно, не кати, — сразу понял он. — Будем на «Вы». Вы где были двенадцатого вечером?

— Дома. Говорить правду легко и приятно.

— А днем раньше? — усмехнулся следак. — Вечером?

— У одной знакомой в Питере, — честно признался я.

— А еще сутками раньше?

— Тоже в Питере. В тридцать восьмом отделении. Там драка была на улице, ну, случайно оказался рядом, а когда приехала бригада, то меня по ошибке взяли. Потом разобрались и отпустили. Но — полночи просидел там.

— Кто подтвердит?

— Смотря, про какое время пойдет речь. В Питере — милиция и моя знакомая всегда могут подтвердить. В протоколе есть время. Дома — соседи сверху. Как раз выяснял, почему с потолка капает. У них труба протекла на кухне, еще сантехника вызывал и разговаривал с ними со всеми. Время вызова сантехника зафиксировано диспетчерской. Подтвердят. Хотя между нами нет взаимной симпатии.

— Чего? — уже раздраженно спросил следователь.

— Они подтвердят, — пояснил я более кратко.

Письмо по e-mail:

Феликс, привет!

Ты как? Почему не пишешь? Уже неделю не вижу тебя в онлайне на сайте дневников. И новых записей у тебя нет. С тобой все нормально? Почему нет писем?

В детстве я думала, что нельзя убивать пауков, потому что они приносят письма. А у меня вчера была странная история. Не знаю, как к этому относиться.