Глава 24

В центре города, в мраморном вестибюле банка, в который вломился Джим, Эдриан истекал кровью, у него кружилась голова, но он отказывался терять сознание.

Этого не случится.

В столбе света, прорывавшегося снаружи, Джим аккуратно положил Эдди на жесткий, полированный пол. Ангел по-прежнему лежал, свернувшись калачиком, его огромное тело на одном боку приняло позу эмбриона, темная коса валялась, словно веревка.

— Приятель, мы можем перевернуть тебя на спину? Проверить, в чем дело? — спросил Джим. Не вопросы… скорее, предупреждение для Эдди, что его еще будут тормошить.

Когда парня откинули на спину, было приятно услышать смачную ругань. Это значило, что огромный ублюдок все еще дышал.

Но он не выпрямлялся в области живота. А его лицо… было ненормальным. Его обычно загорелая кожа сейчас поблекла до цвета снега, а глаза были сжаты так плотно, что черты его лица исказились.

На губах была кровь, окрашивая их красным цветом.

Кровь… вытекала из его рта.

Эдриан начал задыхаться, кулаки сжались, пот высыпал по всему телу.

— Эдди, ты будешь в порядке. Все будет…

— Расслабься для меня, — сказал Джим. — Я знаю, что это охренеть как больно, но нам нужно взглянуть.

— …в порядке. Все будет в порядке…

— О, дерьмо, — прошептал Джим.

О… дерьмо… это верно. Кровь не просто окрасила или вытекала из места, где хранились кишки Эдди… она пульсирующими толчками выливалась наружу.

Джим сорвал свою кожаную куртку, свернул ее и оттолкнул мокрые, блестяще-красные руки в сторону. Потом он просто застыл.

Каким-то образом нож этой гарпии пронзил живот Эдди, и потом прошелся к боку, прорезая дыру достаточно широкую и глубокую, чтобы предоставить обзору кишечный тракт. Но не это самое худшее: учитывая количество крови, вытекающей из раны, очевидно, была перерезана одна из больших вен или артерий.

Именно это убьет его.

Джим встряхнулся и приложил скомканную куртку к ране. — Ты можешь подержать это для меня, приятель?

Эдди предпринял попытку поднять свои руки, но они двинулись всего на пару дюймов.

Джим оглянулся.

— Он может умереть?

Эдриан покачал головой, когда его ноги онемели. — Я не знаю.

Чушь собачья. Он просто не мог озвучить это.

— Гребаный ад. — Джим наклонился к лицу Эдди. — Приятель, есть что-то, что ты можешь сказать мне?

Эдриан не столько опустился, сколько рухнул на колени. Взяв руку лучшего друга, он ужаснулся тому, насколько холодной она была. Холодной и влажной от крови и дождя.

— Эдди… Эдди, взгляни на меня, — позвал Джим.

Это не правильно. Этот героический боец, воин веков, не мог пасть от руки недоделанного бандита с ножом. Эдди — парень, освещенный лучами славы, Уничтожу-армию-приспешников-на-пути-в-могилу парень. Он не истечет кровью… и не этой ночью…

Эдди выдохнул, его огромное тело дернулось, ладонь сжала руку Эдриана.

— Я здесь, — сказал Эд, потерев глаза тыльной стороной свободной ладони. — Я никуда не уйду. Ты не один…

Хренова господня срань. Они теряют его.

И на деле это было необъяснимо. Будучи ангелами, они были и одновременно не были живы; они существовали и не были связаны рамками плоти; они бессмертны, но могли лишиться части отведенной им жизни.

— Эдди, черт подери… не уходи… Ты можешь противостоять этому… — Он посмотрел на Джима. — Сделай что-нибудь!

Джим выругался и оглянулся по сторонам, но, да ладно… они были в вестибюле банка, не в больнице.