Иногда информация просто утекала.

И никто не хотел, чтобы Бартены узнали о своей дочери из выпуска вечерних новостей… или, упаси Боже, на Фэйсбуке.

Век и три других парня заворчали и подняли тело, Рэйли шла рядом с ними, включив фонарик и освещая им путь, когда начало темнеть. И становилось все темнее.

Пока сквозь мрак стало невозможно что-либо разглядеть.

Примерно через час они поднялись наверх и осторожно положили останки в кузов одной из машин поисково-спасательного отряда.

Век с Рэйли отошли назад, и Сисси Бартен благополучно отправили обратно в город.

Когда другие офицеры начали расходиться по своим машинам, Рэйли сказала вполголоса:

— Я не думаю…

— Кронер не убивал ее, — согласился Век так же тихо.

— Метод не тот.

— Совершенно.

И не они одни заметили различие между Сисси и другими жертвами: это тело подвесили за ноги и обескровили, а на животе вырезали какой-то узор. Более того, хотя она была обнаженной и без каких-либо личных вещей, с нее не срезали ни кусочка кожи и не подвергли сексуальному насилию… очередное извращение Кронера.

— Я просто не знаю, как объяснить сережку, — прошептал он.

— Или почему Кронер знал, где она, если не убивал ее.

Век оглянулся на свою напарницу:

— Хочешь где-нибудь перекусить?

Закинув руки за голову, Рэйли потянулась.

— Да, пожалуй. Я жутко голодна. И замерзла.

Он вытащил телефон и написал ей: «У тебя? Тебе нужно принять ванну. Еду закажем, обещаю быть джентльменом».

Раздался короткий сигнал, и немного поговорив, она тайком достала мобильный и посмотрела на экран.

— Идеальный план.

Век хотел поцеловать ее, от души и быстро. Но он пресек это желание в корне, потому что они не просто были не одни; алло, их окружали люди, с которыми они работали, черт возьми.

И он хотел вернуться в город вместе с ней, но им придется разделиться из-за его гребаного байка. Проклятье, а тот ведь ему когда-то нравился.

Опять же, благодаря ему, она довезла его до дома прошлой ночью.

— Увидимся через двадцать минут, — сказал он ей.

— Уверен, что не хочешь сменить куртку?

— Обойдусь.

Шагая по все еще рыхлой илистой земле, Век подумал о Джиме Хероне и отсутствии следов. Он снова пытался найти свидетельства того, что там ходил кто-то помимо них с Рэйли, но ничего не обнаружил. Но он был точно уверен, что мужчина не мог показаться около полумили от края склона, пройтись по влажной, неровной земле, не оставив и следа. И Веку явно не почудилось присутствие парня.

«Посмотри себе под ноги, Томас ДелВеччио. И позвони, когда станет совсем страшно. Я единственный, кто может тебе помочь».

Да по-любому, Херон.

Не поддавшись желанию закричать на тени, он сел на мотоцикл, завел двигатель и дождался, пока Рэйли встанет рядом со своим открытым багажником и снимет заляпанные грязью ботинки. По крайней мере, это заставило его улыбнуться. Он был готов поспорить, что у нее есть пластиковый пакет или резиновая подстилка, чтобы не наследить на ковре. Рэйли вытащит этих поганцев как только заедет в гараж и сразу вымоет, чтобы они были готовы к следующему разу.

Век посмотрел на собственные ноги. Его туфлям конец. Не поможет никакая щетка или шланг, им одна дорога — в мусорный бак.

Сложно не провести здесь параллель.

Рэйли ехала впереди до самого города, а он — сразу за ней, несмотря на то, что в подобную ночь при семидесяти милях в час на байке казалось, что вновь наступил декабрь. Ветровка хренова. Будь Век в одной лишь майке, разница была бы невелика — холод пробирал до костей.

Но он не зацикливался на температуре.