Ну а чтобы его решимость довести дело до конца не ослабела, Паркеру достаточно было лишь вспомнить, сколько времени потребовалось ему, чтобы перейти от пролога к первой главе его саги.

Шесть месяцев и… четырнадцать лет.

В следующую секунду ее глаза широко раскрылись от ужаса. Вдруг, подумала Марис, это тот самый звонок, которого она так боялась — звонок, извещающий о том, что с ее отцом случился инсульт, инфаркт или что-нибудь похуже?

В сильнейшей тревоге она схватила трубку и прижала ее к уху:

— Алло?

— Это миссис Мадерли-Рид?

— Да. Кто это?..

— Кто дал вам право вмешиваться в мою частную жизнь, черт бы вас побрал?

Застигнутая врасплох, Марис на мгновение растерялась.

— Простите, что вы сказали? — пролепетала она наконец. — Кто это?!

Она села и, спустив ноги на пол, включила лампу и повернулась, чтобы разбудить Ноя, но постель рядом была пуста. Простыни были не смяты, а подушка — взбита.

— Я имею в виду ваш звонок шерифу, — пояснил звонивший.

«Интересно, где Ной? Куда он подевался?»

— Простите, я что-то… Вы меня разбудили. О каком шерифе идет речь?

— Шериф, шерифская служба… Припоминаете? Марис негромко ахнула.

— Вы — П.М.Э.?

— Заместитель шерифа явился ко мне чуть ли не ночью и принялся вынюхивать, задавать разные вопросы. Кто вам…

— Я…

— …Кто вам позволил…

— Мне…

— …Лезть в чужую жизнь, леди?

— Да заткнитесь вы хоть на минуточку! — неожиданно рассердилась Марис. Ее тон заставил звонившего замолчать, но она по-прежнему ясно ощущала его гнев.

Переведя дух, Марис заговорила спокойнее.

— Я прочла пролог, и он мне понравился, — сказала она. — Я хотела поговорить с вами о вашем романе, но вы не оставили никаких координат. Вот почему я позвонила шерифу округа — я думала, он мне поможет…

— Пришлите его назад.

— Простите, что?

— Пролог. Пришлите его назад.

— Почему?

— Потому что это чушь собачья.

— Вовсе нет, мистер, мистер?..

— Мне вообще не следовало посылать вам рукопись.

— Напротив, я рада, что вы это сделали. Пролог меня очень заинтересовал. Он написан очень хорошо и… убедительно. Если остальные главы так же хороши, я готова обсудить условия, на которых мы могли бы приобрести права на издание вашего романа.

— Я не собираюсь его продавать.

— В таком случае вы могли бы остаться эксклюзивным правообладателем. Все это можно решить к обоюдному удовлетворению. Главное, чтобы вы…

— Вы меня не поняли. Роман не продается.

— Что вы имеете в виду? — растерялась Марис.

— Послушайте, леди, быть может, я и говорю с южным акцентом, но я говорю по-английски. Что вам не ясно?

Действительно, акцент в его речи слышался более чем отчетливо. Марис всегда нравились южные смягченные "р" и растянутые гласные, но агрессивная манера П.М.Э. была ей неприятна. И если бы не его бесспорный талант и не тот потенциал, который она видела в его рукописи, она бы без колебаний бросила трубку.

— Если вы не хотели публиковать свою книгу, зачем же вы тогда прислали в издательство пролог? — спросила она как можно мягче.