— Для этого мы здесь и собрались, — ввернул один из директоров «Уорлд Вью».

— Мы готовы вас выслушать, — сказал и Моррис. Ной кивнул.

— Как насчет монопольного законодательства? — спросил он. — Предполагаемое слияние может показаться властям не совсем законным, а мне не хотелось бы оказаться вовлеченным в длительную дискуссию с федеральным правительством.

— Уверяю вас, мы тоже этого не хотим, — заверил его Моррис. — Наши юристы работают в этом направлении, и похоже, что с точки зрения антимонопольных законов никаких претензий к нам быть не может. Вот послушайте, что скажет руководитель нашего юридического отдела. Прошу вас, мистер Хеллфер…

Один из присутствующих поднялся и добрых полчаса объяснял, как и почему в данном случае упомянутые законы не действуют. Он сыпал юридической терминологией налево и направо, но Ной не дал себя запутать и задал юристу несколько вопросов, на которые потребовал обстоятельных и подробных ответов. В конце концов юрист нехотя согласился, что возможность конфликта с законом все-таки существует, хотя и минимальная.

— Придется нам еще над этим поработать, — заметил Моррис Блюм, явно недовольный тем, что его юристы оказались не на высоте. — Впрочем, мне кажется, эту проблему тоже можно будет решить к нашему общему удовлетворению. Что еще вас беспокоит, мистер Рид?

Прежде чем ответить, Ной снял с лацкана пиджака невидимую постороннему глазу пылинку и небрежным щелчком поправил выбившийся из рукава манжет.

— Дело в том, — сказал он спокойно, — что издательство «Мадерли-пресс» не продается…

— Нечто такое, что и повторять неудобно, — ответил его зять. — Во всяком случае, в цивилизованном обществе таких слов обычно не употребляют.

— Готов побиться об заклад, мистер Блюм поминал выжившего из ума старикашку, который не способен понять собственной выгоды, — улыбнулся Дэниэл. — То-то мне сегодня утром икалось!

— Ну, он не посмел выразиться так определенно, но что-то подобное, несомненно, было у него на уме, — признал Ной с улыбкой.

Вошла Максина, она принесла мужчинам виски со льдом.

— Одна порция — это его предел, — предупредила она Ноя, прежде чем отправиться на кухню.

— Я прослежу за этим, не беспокойся, — откликнулся он, заговорщически подмигнув тестю.

Когда первый стакан был опустошен, Ной подошел к бару и, достав оттуда бутылку, палил себе и Дэниэлу еще понемногу. Принимая стакан, Дэниэл благодарно кивнул.

— Будь добр, подай мне мою трубку.

Ной встал и, взяв со стола трубку и кисет с табаком, протянул тестю, который сидел на низком кожаном диване, положив ноги на журнальный столик. Набив трубку, Дэниэл чиркнул спичкой и выпустил к потолку струю ароматного дыма.

— Если Максина унюхает дым, будет скандал! — предупредил Ной.

— Я присягну на Библии, что это ты здесь накурил, — ухмыльнулся Дэниэл, выпуская изо рта еще один клуб дыма и задумчиво следя за тем, как он поднимается к потолку и тает между рожками хрустальной люстры. — Шавки пока только лают, но у них острые зубы, Ной, — сказал он после небольшой паузы.

— Вы имеете в виду «Уорлл Вью»? — уточнил Ной, пожимая плечами. — Мне кажется, для беспокойства нет никаких обстоятельств. Ведь я же ясно сказал Блюму, что «Мадерли-пресс» не будет продан ни при каких обстоятельствах.