— Да. — Алис еще раз выдала себя своей поспешностью.

— Милорд, — простодушно воскликнул Гай, — простите, что я вмешиваюсь, но ведь это просто неслыханная удача!

— Возможно, — процедил Рольф, стараясь сдержать бушевавшую в нем ярость.

Он отдавал себе отчет в том, что Алис права: ему следует немедленно выдать Кейдре за скотта — это обезопасит его границы от набегов, а его самого избавит от порочных чар рыжей ведьмы. Но стоило ему представить, как какая-то тварь тащит Кейдре в постель, и он понимал, что это свыше его сил.

Алис отвернулась, чтобы спрятать злорадную улыбку, и Рольф, заметив это, почувствовал, что больше не в силах усидеть рядом с этой гадюкой; резко вскочив, он вышел из зала.

И тут неожиданно его взяли за локоть, а рядом прозвучал голос Кейдре:

— Милорд?

Он остолбенел: впервые в жизни она прикоснулась к нему по своей воле.

— Ты что-то хотела мне сказать?

— Да, если вы позволите. — Кейдре набралась храбрости и взглянула ему в лицо.

Рольф снова задумался. Игра это или нет? Несмотря на знание человеческой натуры, он до сих пор не мог прийти к однозначному решению.

Повинуясь его жесту, Кейдре вышла вместе с ним во двор.

— Ну, я слушаю.

Девушка многозначительно посмотрела на крыльцо — там на почтительном расстоянии замер Уилфред. Теперь Рольф не сомневался, в чем заключался ее замысел — ведьма надеялась уговорить его отозвать часового.

— Милорд, я прошу вас об одолжении, — наконец проговорила она, подтверждая его догадку. Он слушал молча, скрестив руки на груди. — Еще с детских лет я привыкла ходить к одному месту на ручье, — продолжала Кейдре, нервно переминаясь с ноги на ногу, — где можно искупаться.

Немного растерявшись от такого неожиданного признания, Рольф тем не менее по-прежнему молчал, позволяя ей высказаться до конца.

— Там есть укромная лужайка, но с тех пор, как в Эльфгаре стоит ваш отряд, я боюсь ходить туда одна — из-за ваших солдат. Мне очень хотелось бы смыть с себя пот и грязь, но этот тип не отстает от меня ни на шаг! Пожалуйста, позвольте мне избавиться от него хотя бы час!

— Ты уличена в предательстве, Кейдре, — твердо возразил рыцарь, стараясь выкинуть из головы дивную картину: ее обнаженное тело в ручье, и капельки воды, сверкающие на пышных грудях. — Теперь ты получаешь по заслугам!

— Но если я пойду с ним, — она ткнула пальцем в Уилфреда, — он может меня изнасиловать!

— Поди сюда, Уилл! — приказал Рольф. — Кейдре собирается искупаться в ручье, а ты будешь охранять ее, но повернешься к ней спиной ровно на десять минут. Не вздумай к ней прикоснуться, иначе я снесу тебе голову!

Затем норманн обернулся к Кейдре:

— Тебе нечего бояться! — Он помедлил, как будто ждал от нее еще чего-то.

Кейдре еле слышно спросила:

— Вы правда в этом уверены?

— Абсолютно. Хотя, конечно, ты могла бы попросить наполнить для себя ванну наверху…

— Но я хочу выкупаться в ручье! — воскликнула она, не в силах сдержать досаду. — Я хочу поплавать и получить от этого удовольствие!

— Десять минут, — повторил Рольф, про себя отметив неожиданно резкую перемену: то ей приспичило купаться, то захотелось поплавать! — У тебя есть десять минут, чтобы получить столько удовольствия, сколько ты сумеешь за это время.

Теперь он ясно видел, что Кейдре разочарована. Почему?

Норманн все сильнее сомневался, что дело состояло в желании искупаться или поплавать; скорее всего она замыслила очередную каверзу или испытывает его, но с какой целью? Он не помешал ей отправить Фельдрика на поиски братьев — сакс прямиком выведет Бельтайна на их логово, и тогда нетрудно будет накрыть это змеиное гнездо.