— Послушай, — продолжала Кейдре, немного успокоившись, — мне велели стать твоей женой — и я ею стала. Ты даже и думать обо мне не хотел, пока тебе не предложили приданое, и ни разу не смотрел на меня так, как смотришь на других женщин. — Ее голос дрогнул. — Никто на меня так не смотрит — как только замечает мой глаз, и я к этому привыкла. Кому какое дело до того, что происходит между нами? Если ты не хотел меня, если ты меня боялся — зачем спать со мной только потому, что нас обручили? Развлекайся со своими любовницами, как прежде, — меня это не волнует. Могли бы мы на этом столковаться?

— Но как же быть с детьми? Мне нужны наследники!

— Обзаведись постоянной любовницей, — без стеснения предложила Кейдре. — Удостоверься, что, кроме тебя, у нее никого не было, и усынови своего ребенка от нее. Нет ничего проще!

— Честно говоря, я правда тебя не хотел, — признался Гай.

Его слова задели Кейдре за живое, и она невольно вспомнила о Рольфе.

— Но вовсе не потому, что я тебя боялся. И все-таки как-то не по-людски быть женатыми, не становясь мужем и женой в постели!

— Об этом никто не узнает. К тому же ты женился не на женщине. Неужели тебе так хочется переспать с ведьмой?

— Нет, вовсе нет! — Гай испуганно попятился. — Мне вполне хватает обычных шлюх! Просто я привык все делать на совесть…

— Гай, побойся Бога!

— Вот именно! — вдруг улыбнулся он. — Как же я забыл? Раз ты не нормальная женщина — значит, наш союз нельзя считать угодным Господу; а ведь каждый человек должен прежде всего помнить о своем долге перед Всевышним! Значит, я могу заключить с тобой сделку, Кейдре; но помни: об этом не должна знать ни одна живая душа!

— Можешь на меня положиться! — с облегчением заверила девушка. — Я никому ни о чем не скажу!

Они ненадолго замолкли, внимательно глядя друг на друга.

Наконец Гай встряхнулся, подошел к столу и налил себе вина.

— Ты не проголодалась?

Кейдре благодарно улыбнулась — она вдруг обнаружила, что умирает от голода, но так и не успела в этом сознаться: в дверь забарабанили со страшной силой.

Кейдре застыла на месте, а Гай с мечом наголо кинулся к двери.

— Кто там?

— Это твой господин, открывай! — грубо приказал Рольф.

— Что случилось? На замок напали?

— Я явился сюда потребовать то, что принадлежит мне по праву! — отчеканил Рольф, бешено сверкая глазами.

— Конечно! — Гай совсем растерялся. — Что вам угодно, милорд?

— Право первой ночи! — Де Варенн грозно взглянул на своего вассала, а затем перевел свой пылающий взор на Кейдре.

Кейдре и Рольф не спускали друг с друга глаз. Кейдре была потрясена: он явился, чтобы потребовать у своего вассала невинность его невесты! Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она прочла в его глазах яростную решимость, гнев, и, судя по всему, то же самое увидел Гай.

Молодой рыцарь первым пришел в себя.

— Конечно, милорд! — пробормотал он и попятился к выходу. Тяжелая дверь захлопнулась за ним со стуком, представившимся Кейдре поступью судьбы.

Рольф расстегнул пряжку на плаще, и тяжелый бархат с шелестом упал на пол; за плащом последовала перевязь с мечом. Его намерения не вызывали сомнений. Он возьмет ее прямо сейчас, когда это стало угодно ему, а не ей.

— Это невозможно! — вырвалось у нее.