Изменить размер шрифта - +
Опыт свидетельствует, что природные ресурсы — дело важное, но не самое основное. Яркий пример — Зимбабве. Небольшой процент белых фермеров на 5 % территории Зимбабве обеспечивали стране продовольственную независимость и давали более 50 % всего национального продукта. После объявления независимости часть фермеров убили, остальные бежали. Хозяйства их национализировали и раздали африканцам.

Ресурсов в Зимбабве не стало ни больше, ни меньше, но теперь процветания в Зимбабве нет, есть голод и гражданская война… Как в России 1918–1922 гг. Да и позже. Так, может, дело не в одних ресурсах, а еще и в организации экономики и в управленческих подходах?

Что же до глобальных проблем, о которых заговорили в 1967-м и в 1972 г., то Запад предлагает весьма конкретные способы их решения. Ознакомиться с ними полезно.

 

 

Глава 5. КАК ЗАПАД РЕШАЕТ ГЛОБАЛЬНЫЕ ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

 

Почему наша нефть находится под их песком?!

Утраченная перспектива

 

Открытия Римского клуба вынудили изменить все представление Запада о самом себе и о своей роли в мире. До докладов Римского клуба, до 1967 г. казалось, что все страны мира смогут стать такими же процветающими и богатыми, как страны «первого мира». Вопрос времени. Возможности человека обогащаться казались беспредельными потому, что беспредельными казались богатства мира.

Теперь оказалось: богатства мира очень даже конечны. Перспективы развития производства, накопления богатств ограничены конечными, определимыми ресурсами биосферы.

Пошли крахом все ожидания стран и народов «третьего мира», всех живших в них людей. То ждали: «вот разовьемся»… «вот накопим»… «вот станем, как…». Послевоенное «японское экономическое чудо», «молодые тигры» Юго-Восточной Азии: Южная Корея, Тайвань, Гонконг, Сингапур — показывали путь для любой страны и народа. Еще немного… Еще чуть-чуть…

Тут оказалось — эти «молодые тигры» последние, кто успел войти в число «стран первого мира», пока это еще было возможно. До тех, до кого «не дошла очередь» сегодня, она не дойдет уже никогда.

Да и как она может дойти?

По данным Международного агентства по энергии (IEA), за период с 1971 по 1990 г. коммерческое предложение энергоносителей выросло с 4,9 млрд т до 7,8 млрд, т. е. почти на 60 % (в пересчете на условное топливо; теплота сгорания 1 кг у. т. — 7 тыс. ккал). Для промежутка времени с 1990 по 2010 гг., исходя из «среднего» сценария роста, предсказывается дальнейшее повышение на 48 %, а к 2020 г. — на 77 % по сравнению с 1990 г.! Вспомним, что на Всемирной конференции в Рио-де-Жанейро в 1992 г. была провозглашена цель ограничения губительного для окружающей среды энергопотребления на уровне 1990 г.

Угадайте с трех раз: за счет каких стран происходит рост потребления энергии?

А за счет каких стран этот рост продолжается?

6% населения планеты живут в США и потребляют 40 % невозобновимых ресурсов планеты. Над территорией США сгорает больше кислорода, чем производится растениями; на кладбищах этой неимоверно богатой страны используется больше удобрений, чем в сельском хозяйстве Китая.

А ресурсы биосферы — на исходе. Если «как в США» начнут жить не 6 %, а хотя бы 12–15 % населения земного шара, — произойдет экологический апокалипсис, биосфера не сможет существовать, и скоро некому будет даже рассказать о нашем опыте.

Получается, что ни Индия, ни Китай, ни даже Польша никогда не смогут достичь уровня жизни США и даже Японии или Франции. Огромное большинство жителей земного шара никогда не будут жить в таких же домах, иметь такие же предметы престижного потребления, иметь такое же медицинское обслуживание и доступ к такому же образованию, как граждане «счастливых» стран.

Быстрый переход