Дубинкодержательница моргнула и повернулась к своему напарнику. Тут вздохнул.

— Это ты прав. Но знаешь, можно сделать человеку больно, не выводя на инвалидность.

Лал покачал головой, мысленно проигрывая свои действия, прикинул, насколько далеко отсюда до двери дома и насколько далеко у него получится убежать.

— Если вы собираетесь меня бить, — раздраженно сказал он, — тогда начинайте. Но заверяю вас, что ответ будет тот же. Мои глубочайшие извинения вашей госпоже, но ничем не могу ей помочь.

Женщина была невероятно быстра: Лал скорее ощутил, чем увидел взмах дубинки, и ушел поворотом — это движение Эдрет ему так вдолбил, что Лал бы его выполнил и во сне.

Дубинка просвистела мимо, выхваченный сорл-клинок метнулся навстречу удару — плечо женщины окрасилось кровью. Всего лишь булавочный укол — но женщина вскрикнула от неожиданности.

Снова свистнула дубинка — Лал изогнулся, поднырнул, ушел в сторону, рука с клинком взлетела вверх над плечом женщины — и острие ласково коснулось ее горла.

— Брось дубинку!

Женщина тут же выпустила упавшую со стуком дубинку. Ее напарник поднял пустые руки. Неподвижно держа клинок, касающийся кожи, Лал стал думать, что делать дальше.

Зря убивать слуг Ворнета не стоит; к тому же эта пара всего лишь выполняла приказ начальства. Лал посмотрел на мужчину, увидел, что скорострел по-прежнему в кобуре, в руках ничего нет, поза подчеркнуто миролюбивая.

— Вы передадите мои слова госпоже Белаконто? Мужчина кивнул:

— Ответ таков: Лал сер Эдрет отказывается оказать услугу Саксони Белаконто. Наотрез.

— Именно так, — согласился Лал.

Он отступил назад и убрал сорл-клинок. Мужчина повернулся уходить, женщина нагнулась было за дубинкой.

— Не надо, — сказал Лал.

Она удивленно посмотрела на него, потом — на своего напарника.

— Не надо, — подтвердил мужчина, и она послушалась. Они тенями скользнули по узкому проходу на улицу и скрылись из виду.

Подождав и уверившись, что они ушли, Лал поднял дубинку и со всей силой зашвырнул ее на крышу дома напротив.

Глава третья

Никаких других экстраординарных событий не последовало. Лал занимался своими делами, хотя и поглядывал по сторонам, но на третий день к вечеру позволил себе поверить, что Ворнет утратил к нему интерес. И действительно, следующий шторм пришел совсем с другого румба.

Лал сидел в «Перекрестке Кайджи» за легким полдником и наблюдал за игрой, когда к нему подошел Фред и поклонился.

— Мастер Лал, некая особа просит разрешения сесть за ваш столик.

Он нахмурился: наверняка это опять Ворнет. А он позволил себе считать, что этот вопрос полностью урегулирован.

— Та молодая дама в красном, сударь, — пробормотал Фред, наклоняясь якобы для того, чтобы подлить Лалу вина.

Лал чуть повернул голову и увидел в противопололожном конце зала пару огромных черных глаз, ярко блестевших в

полумраке клуба. Он отвел взгляд и взялся за рюмку.

— Пусть уйдет.

— Да, сударь. Прошу прощения, сударь.

Лал вернулся к наблюдению за игрой, потягивая вино, но есть ему вдруг расхотелось. Краем глаза он видел, как Фред что-то говорит женщине в алом наряде. Она стала с ним спорить, но тут аккуратно вмешался вышибала. Ее протесты стали менее решительны, потом она встала и вышла, упрямо расправив плечи под яркой тканью.

Лал побродил в толпе в центре «Перекрестка», поставил небольшую сумму на «Колесе», выпил еще рюмку вина и взял карту у стола, где играли в «Мошенника».