— А ты подготовила список больных, которые лежали в палате с ней при первой выписке?

— Второй выписки не было.

— Ну, ладно. Не придирайся. Не до этого.

— Да отдала уже.

— И список палаты при втором поступлении?

— Тоже отдала.

— Ну, будь что будет. Вернемся лучше к сегодняшним делам.

— А это, думаешь, дело уже вчерашнее?

— Завтрашнее. Что у тебя в палате сейчас? Все нормально?

— Да все обычно. Я теперь ничего не знаю, у меня теперь мозги не в ту сторону повернуты.

— А дома что? Андрюшка как?

— Я его и не вижу почти. У него дел полно: кружки, Дом пионеров, спортивная секция, гулянье. Учится хорошо.

— Много спортом занимается?

— Слава богу, не очень.

— Зря ты так. Во-первых, это здоровье. Во-вторых, время занято, по улицам не валандаются. Энергия направлена на что-то удобоваримое. У них такое количество энергии, что либо мир переворачивать — либо спорт.

Вошел Вадим Сергеевич и сел за свой стол. Молча стал писать. Следом явился Анатолий Петрович, сел за другой стол и также молча взялся за свои истории болезни. Операционный день кончался, и хирурги спускались к себе в отделение испить чайку, записать истории болезней, просто передохнуть в пустой болтовне. Постепенно ординаторская стала заполняться врачами, которые не уходили в прошедшие несчастья, а жили сегодняшним днем — продолжали работать с прежней интенсивностью, оперировать и не боялись новых несчастий.

В ординаторской сидела начальница и пила чай, поэтому пустой болтовни пока не было — все молча и деловито записывали истории болезни. Не долго это продлится. Скоро заговорят, начнут вспоминать случаи из практики, вчерашние телепередачи, сегодняшние газетные сообщения, обсуждать спортивные события, политические проблемы, магазинные неурядицы, решать кроссворды. Сейчас их КПД резко пойдет вниз. Что ж, передышка тоже нужна. Правда, во время операций, если они не особенно трудны, могли катиться те же пустые разговоры. Руки заняты, голова занята — язык бездумно болтает, язык думать не умеет.

Неприятно задребезжал телефонный звонок.

— Говорите. Слушаю…

……………………………………………………………………….

— Да. Ждем…

……………………………………………………………………….

— Да, да. Везите…

………………………………………………………………………..

Вадим Сергеевич положил трубку, сначала громко захохотал, а потом насупился и возмущенно сказал:

— Во, дураки. Кретины. Ничего не узнав, не выяснив, вот только так, по звонку, они и делают все. Кретины. Поверили. Так и ведут хозяйство.

— О чем вы, Вадим Сергеевич? — Зоя Александровна с удивлением воззрилась на своего подчиненного.

— Кретин, говорю. Звонят мне и говорят, будто молочной базе, и спрашивают, везти ли кефир. Ни номер какой, ни фамилию — ничего. Я решил проучить их. Пусть везут. Разыграл. Учить их надо. — И он снова засмеялся. — Будут знать, как мышей ловить.

Кто-то в ординаторской засмеялся, приветствуя смешной розыгрыш.

Галина Васильевна вспыхнула, резко повернулась к Вадиму:

— Ты сошел с ума окончательно.