- Какое?

- Он практикует в США. Ваша… подруга сможет вынести длительный перелет? Как она себя чувствует?

Я задумался над его вопросом. На первый взгляд Аня была такой же, как обычно. Ничто не выдавало, что ей вынесли смертельный диагноз. И если не считать печати озабоченности, поселившейся на ее лице, то ничего в ней не изменилось. Возможно, она просто скрывала от меня свое плохое самочувствие. Нужно будет как-то аккуратно узнать у нее обо всем этом.

- Если смотреть со стороны, кажется, что она чувствует себя хорошо, - ответил после паузы врачу. - Но, возможно, что она просто не хочет жаловаться.

- Понятно, - кивнул врач. - Думаю, вам следует обговорить с ней возможное путешествие.

Я лишь кивнул в ответ. Четкое решение уже созрело в голове - я отвезу ее в США под предлогом совместного отдыха. А потом, на месте, заставлю заново пройти обследование. Если понадобится - даже силой.

Часть 12. Аня

- Я буду красное сухое, а если ты не со мной, то вот тебе гранатовый сок! - возвестила Тамара, ставя на стол две бутылки. - Еще стейки взяла, гематологи пишут, что они очень полезны для кроветворения.

Я слушала подругу вполуха. У меня из головы не шло то, что случилось вчера на детском празднике. Я не имела права и не должна была допускать ничего подобного, но…

Но существовала веская причина, по которой я ругала себя не слишком уж рьяно. Жизнь.

Рядом с Ромой я словно бы снова оживала. Начинала дышать свободно, по-настоящему, ярко и полно. И как себя отучить продолжать думать о Васнецове - не знала.

- Ань! Аня, ты меня слышишь? - донесся голос Томы.

В последнее время она зачастила ко мне, видимо, решив, что должна помогать нам с Лерой, вопреки своим собственным интересам.

- Я слышу, да.

Тамара уже откупорила бутылки, разлила напитки и протягивала стакан гранатового сока мне.

- Рассказывай, - сказала она, позабыв о желании приготовить стейки. - Дело ведь явно в твоем Романе.

- Он не мой! - тут же отозвалась я и наверняка покраснела, потому что Тома удовлетворенно хмыкнула и принялась отламывать чиабатту, выбранную в качестве закуски. - Он взаправду не мой.

- Ну-ну, - покачала она головой. - Но между вами же что-то произошло, - с нажимом сказала Тамара.

Я подернула плечами и выдала скороговоркой то, что должно было завершить эту беседу:

- Произошло, иначе бы у нас не было Леры.

- Пф! Я не о том, и тебе это прекрасно известно! - заявила Тома. - Но если не хочешь делиться, я не настаиваю.

Я действительно не хотела ничем делиться. Потому что до сих пор пылала от одних только воспоминаний о том, как жадно сминал на мне одежду Васнецов. И о его губах, вкус которых помнила еще с того дня, когда мы с ним поддались своим желаниям, понимая, что не имеем на них никакого права.

- Все это ерунда, Том, - отмахнулась от разговоров о невозможном. - И давай уже я пожарю нам по стейку.

Поднявшись из-за стола, я направилась к плите, и услышала тихое:

- Не бойся быть счастливой, Аня. Хотя бы здесь и сейчас.

И пока не знала, как именно к этому относиться.

- Мам, а папа сегодня приедет? - спросила Лера на следующий день, помогая мне чистить персики для варенья.

Я с облегчением выдохнула. Дочь наконец-то назвала Васнецова отцом. И хоть при нем еще ни разу не произнесла этого слова, подвижки в их общении были более чем ощутимыми.

- Не знаю. Можем позвонить ему и спросить, - пожала я плечами, делая вид, что ничего экстраординарного не произошло.

Впрочем, так оно и было. Мы просто говорили с Лерой об ее отце.