* * *

Второй раз Ру встретила Керби на площади перед Центром релакса, уже после окончания светошоу, среди шумной праздничной толпы. Внимание ее на тот момент было рассеяно между очередным коктейлем и только что начавшимися танцами, поэтому потребовалось чувствительно толкнуть и мурлыкнуть прямо в ухо:

— Ты только глянь, кто там стоит! Кррасава!

Он стоял перед прайс-витриной релакса, листал номинации в слайд-режиме и вид имел потерянный и несчастный.

Ру сразу же окрысилась:

— Он мой! Я его первая забила! Не смей вылезать, ясно?

— Ладно, ладно, не споррю… — Ви отступила, скрывая улыбку. — Когда надоест — дашь поигрраться?

Вопрос был излишним — Ру не жадная и всегда делится тем, что имеет. Ей нравится делиться — и нравится, когда спрашивают. Почему бы и не?

— Конечно. Потом. А пока — исчезни… Керби! Привет!!!

А, может быть, вечное соперничество вовсе и не при чем было, и Ру просто его пожалела — блондинки сентиментальны. Или же сказались те три коктейля, которыми угостил ее твердый по имени Винс — очень симпатичный твердый, жаль, что сегодня занят, но от ее чип-визитки не отказался, а это обнадеживало. День не прошел зря, Ру была счастлива и хотела поделиться хотя бы частичкой этого счастья со всеми, кому не так повезло. И особенно — с очаровательным перворазкой, который рассматривает лучшие предложения Центра с таким видом, словно ему только что сообщили о смерти любимой бабушки.

— Привет, Ру!

Кажется, он обрадовался.

— Я думал, будет проще, а тут… Никто ничего… и так шумно… Ру! У тебя есть полчаса? Мне надо найти…

— Я тебя не слышу!

Вокруг взрывались петарды, гремела музыка. Ру вручила Керби свой бокал — четвертый, кстати. Вертелась вокруг, пританцовывая и тормоша. Коктейли в Центре релакса хороши, после них трудно стоять на месте, пузырики поднимаются из живота, щекочут горло.

— Пошли танцевать! Я рыбка! Я сегодня твоя золотая рыбка! Любое желание! Но сперва — танцевать!

— Нет, Ру, нет! Послушай, мне надо…

— Я тебя не слышу!

Она схватила его за руку и поволокла за собой сквозь веселящуюся толпу, смеясь и пританцовывая. В ритме танца двигаться было проще, Керби пока еще этого не понял, болтался сзади, уже почти не упираясь, но все равно тормозя, покорный и несчастный. Толпа кончилась внезапно, вот только что толкали со всех сторон, и нету, остались сзади плотной спрессованной массой, качающейся в едином ритме, а впереди — край площади и проем боковой улочки.

Еще не туннель — свода над головой не видать, только глубокая чернота. Но уже достаточно узко. Шум праздника отгорожен двумя поворотами, доносится глухо. Ру смеется:

— Видишь? Здесь можно слышать друг друга! Я — твоя золотая рыбка! Ты захотел, и — ап! Загадывай новое желание! Ну? Чего ты хочешь?

Керби улыбается, растерянно и немного смущенно:

— Не знаю, сможешь ли ты… Тут такое дело… Понимаешь, я ищу одного инкуба…

— Ооо…

Как с разлета об невидимый свод. Ру так обидно, что даже танцевать больше не хочется. Надо же, такой молоденький и красивый. И — мимо. Не угадала…

— Да… тут я тебе вряд ли чем-то смогу…

— Да нет же! Ты не поняла! — он еще очаровательнее, когда краснеет. — Я ищу конкретного инкуба. Вот этого!

Над экранчиком древнего мнемика развернулось стерео — твердая в обнимку с Викингом-14 стандартной модели, модификации минимальны или вовсе отсутствуют. Когда-то Ру и сама от такого была в полном восторге, но сейчас лишь надувает губки:

— Такая линия плеч давно вышла из моды! А эти бедра… Фу! Зачем тебе такое старье?

— Он мой отец.