— Хороший вопрос! — поднял палец вверх командир отделения. — Надо его провентилировать. Я же тоже из «Буревестника»! Ещё на первом курсе вступил и бегать туда-сюда не хочу. Думаю, командование это понимает, но всё равно уточню у товарища капитана. Давайте, кто следующий? Вот ты, юморист, твоя очередь.

— Как пожелаете, — ехидный парень изобразил лёгкий поклон. — Зовут меня Курбский Елисей Петрович. Да, что поделать, родители мои большие оригиналы и любители старославянской истории. Прибыл к вам я из стольного града Москвы, где родился и вырос. Учился, как надеюсь вы могли догадаться, там же в славном традициями Московском Государственном Университете на факультете журналистики, который и закончил с красным дипломом. С двенадцати лет состою в спортобществе «Спартак», даже играл за юношескую команду по футболу, но после получения Разряда пришлось уйти. Не был, не участвовал, не привлекался, не женат, подруги нет. Точнее они почему-то считают, что есть, а я предпочитаю свободные отношения.

— Короче, бабник. — прервал разглагольствования Елисея парень кавказского вида, однако говорил он очень чисто, без акцента. — Понятно всё с тобой, дай мне рассказать. Меня зовут Вано Автандилович Гурули, но зовите просто Вано. Родился я в одна тысяча девятьсот восемьдесят седьмом году в солнечной Кахетии! Учился в Тбилиси, закончил сельхоз, как и Серик, только я ветеринар. Женат, сыну три года. Как карантин снимут, перевезу их сюда, будут со мной жить.

— Это как? — я мгновенно уловил главное. — В казарме есть отдельные комнаты?

— Зачем? — удивился грузин. — Как карантин снимут можно будет квартиру в городе снять.

— Да, верно. — подтвердил Роман. — Мы же не совсем рядовые, будем прапорщиками. Так что есть послабления. Главное с утра на службу не опаздывать, и чтобы залётов не было. За них могут опять на казарменное положение отправить, а так почему нет, живи. Я, правда, своих не повезу. Дома родители, тёща с тестем, с малыми помогают. Работа опять же. Но квартиру всё равно сниму, не привык в казарме. Ладно, будет ещё время, давайте следующий.

— Александр Ильич Аксёнов, восемьдесят шестого года рождения, город Свердловск. — чётко представился парень с почти военной выправкой. — По образованию археолог, Кандидат. Не женат. Состою в ЦСКА с десяти лет, ещё до того, как стал энергетом. У нас просто общество поисковиков есть, у меня там и отец с братьями состоят. И я с ними ездил на раскопки, искали солдат на местах боёв. Вот это общество центральный клуб армии под крыло и взял. Я, собственно, и археологом потому стал, что с детства в земле ковырялся.

— Дело хорошее, — кивнул командир отделения. — Я сам, правда, не ездил, но из института ребята под Ржев выезжали каждый год. Молодец! Давайте, кто дальше хочет представиться?

— Михаил Зырянин, двадцать четыре года. Сам я донбасский. — подал голос один из оставшихся парней, невысокий крепыш с суровым взглядом, — Технарь закончил, работал в шахте, как раз бронь дали. Думал в вуз поступать, а тут как раз прорвался на следующий ранг. Ну и решил сначала в армейку сходить, а потом уже в институт идти. Как раз и сэкономлю, учёба-то бесплатная будет. Женат, но детей нет. Состою в «Шахтёре», надеюсь не придётся спортобщество менять, а то мужики не поймут. Не принято у нас туда-сюда бегать.

— Как будто у нас принято, — хохотнул другой боец, высокий, статный блондин с голубыми глазами. — У нас могут назад и не взять, скажут, вали туда куда ушёл. Ну что, давайте знакомиться, товарищи. Колесников Егор Николаевич. Двадцать пять лет, по образованию товаровед. Тоже Кандидат, как и большинство из нас.