Стерпеть явное оскорбление в присутствии Ниёза означало потерять всякий авторитет. А кто будет сотрудничать с человеком, утратившим авторитет?… Значит, сделка может оказаться под угрозой. А если она сорвется, Козырь с Волка спросит. Строго спросит!

Теперь Роман Собакин уже жалел, что пошел навстречу гостю и приперся в «Катакомбы». Но жалостью делу не поможешь, и необходимо было что-то предпринимать!

«Гимназистка» на подиуме наконец совсем обнажилась и, «стыдливо» прикрываясь руками, ушла. Музыка стихла, раздались жиденькие аплодисменты. А потом в тишине прозвучал издевательский смех Колобка… Ниёз продолжал вежливо улыбаться, но от его улыбки веяло холодом… Для Волка это могло обернуться крахом. Волк встал, отшвырнул в сторону официанта и решительно двинулся в сторону Колобка. Обгоняя его, рванулся вперед Костолом. Вскочили оба быка Колобка, вскочил Ниез. Зазвенел разбитый хрустальный бокал.

… Все произошло мгновенно. Глупо и совсем не так красиво, как это показывают в боевиках. Рухнул, сбитый ударом Костолома, Горилла… Закричала женщина… Сцепились по-бульдожьи Мечик и Костолом. А Волк оказался лицом к лицу с Колобком. Колобок был на голову выше и килограммов на тридцать тяжелее худощавого Волка. А главное, он был гораздо более опытен в драке… Уже бежали через зал сотрудники безопасности «Катакомб»… Колобок ухмыльнулся и поманил Волка толстым пальцем. Мотая головой, медленно поднимался с пола нокаутированный Горилла.

– Иди сюда, Волчок, – позвал Колобок ласково. – Я тебя обниму нежно.

И тогда Волк сделал единственное, что мог сделать в такой ситуации, – он взял со стола бутылку текилы и швырнул ее в круглую голову Колобка… Хрустнуло мерзко, брызнула, смешиваясь с «золотой» текилой, кровь.

Горилла поймал Волка за ногу, дернул, навалившись сверху.

Когда позвонил свой человек из ГУВД, Козырь сидел в «Распутине». Человек позвонил и скороговоркой сообщил, что Волк затеял разборку с Колобком в «Катакомбах». Колобок – в челюстно-лицевой хирургии… Волк с охранником – в отделении… с ними чурбан какой-то.

Козырь в сердцах выругался. Потом приказал срочно найти Сперматозоида. Сперматозоидом звали адвоката Семенцова – он и его контора обслуживали и группировку Козыря. А специфика криминальной жизни такова, что услуги адвокатов нужны очень часто. То и дело кого-нибудь из братков прихватывали менты, и, если дело не удавалось разрешить на месте с помощью денег (а это, невзирая на разговоры о всеобщей продажности милиции, удавалось далеко не всегда), в бой шел правовед Сперматозоид со своими «орлами юриспруденции»… При необходимости «орлов юриспруденции» поддерживали «акулы пера» – целая стая оплаченных журналистов.

Козырь выругался и приказал найти Сперматозоида. Семенцов появился уже через пять минут – он, оказывается, тоже отдыхал в «Распутине».

– Быстро двигайся в ментуру, вытащи оттуда Волка и еще одного человечка. Зовут его Ниез Курбонов. Он – гражданин Таджикистана. Суверенного, блядь, государства… понял?

– А чем отличились? – спросил Семенцов. В его планы не входило тащиться куда-либо – он собирался развлечься с молоденькой танцовщицей из стриптиза. Дома у Семенцова была толстая и некрасивая жена старше него на восемь лет. Когда-то благодаря ей, дочери обкомовского чиновника, Семенцов сделал карьеру… Он даже свою благородную фамилию – Борштейн – сменил на фамилию жены.