— Думаю, это вас дорогой майор, — усмехнулся генерал, видя на лице вошедшего явное нежелание брать трубку. — Берите, берите, это точно из вашего ведомства. Они уже несколько раз о вас справлялись.

Фон Либенштейн, в этот раз выглядевший еще хуже чем в прошлый, нерешительно дотронулся до телефона. Форма вновь висела на нем клоками, на лице появилось еще несколько глубоких царапин.

— Я слушаю, — наконец, решился он. — Так точно! Как я докладывал… Нет! Все было совершенно иначе! Господин профессор просто не владеет полной информацией! Что? Так точно!

Генерал на время отложил все свои дела. Разворачивающая перед ним картина была настолько занимательной, что доставляла ему огромное удовольствие. Что говорить, он не каждый день видел, как «снимают стружку» с таких высокомерных штабистов, «ни разу не нюхавших пороху», каким по мнению генерала, был фон Либентштейн.

Майор сначала побагровел, потом так же стремительно побледнел.

— Так точно! Есть исполнить и доложить! — не смотря на телефонный разгром майору удалось справиться с собой. — Есть двое суток!

Телефонная трубка со щелчком легла на место. Не торопясь, Вилли ослабил ворот кителя и глазами поискал воду.

— Мне дали двое суток, — хрипло проговорил он, обращаясь к генералу. — За двое суток я должен дать результат или его дадут другие!

В его голосе прозвучала такая обреченность, что фон Гейер не выдержал:

— Это связано с недавним нападением на наш гарнизон? Так что-ли?

Тот кивнул.

— Вам то какая в этом забота? Пусть тыловики разбираются! Это их работа! Не все же время на толстой заднице сидеть, жрать шпик и пить французское вино.

— Господин генерал, простите меня за грубость! — майор с яростью одернул рванину кителя. — Это уже не просто моя забота! Это, дьявол его победи, наша общая забота! Мне порекомендовали обратиться к вам за полноценной помощью! — теперь пришла его очередь улыбаться, наблюдая как вытягивается лицо фон Гейера. — Думаю через пару минут позвонят и вам…

Действительно, информация полностью подтвердилась.

— Господин генерал, я не могу вам всего рассказать, — начал рассказывать майор, дав время им обоим несколько спустить пар. — Поймите, я связан тайнами своей службы… Сообщу лишь самый минимум, который вам необходимо знать. Мне необходимо попасть в один лесной район, который, как выяснилось, практически полностью контролируется большевистскими бандитами, и забрать некоторые материалы. Я сейчас не знаю точно, что это может быть — документы, человек или, чем бог не шутит, животное! Не важно! Нужно обеспечить беспрепятственный доступ в данный район мне и еще паре моих людей…

Командир танковой группы, части которой готовились со дня на день форсировать Днепр, кривил губы.

— По-видимому, нужна настоящая войсковая операция, с применением танков и минометов. Возможно, понадобиться и авиация. Все будет зависеть от обстановки, — не обращая внимание на нарастающее раздражение генерала, продолжал Вилли. — Господин генерал, совершенно определенно, что понадобятся опытные солдаты. Меня не устроит всякий сброд — обозники, повара и остальные… Только солдаты с опытом, толковые офицеры…

Вдруг, со стороны фон Гейера послышался язвительный смех, резко прервавший монолог майора.

— В преддверии наступления вы требуете организовать войсковую операцию. И где? В тылу! Вы понимаете о чем говорите?! Танки, авиация, опытные солдаты?! — он с силой ударил по столу. — В эти несколько недель решается судьба всей восточной кампании! В течении самого короткого времени мы должны разгромить основные силы русских! Вам ясно?! В какие-то несколько недель! Выбить всю живую силу противника! Вот здесь и здесь! — расположены крупные опорные пункты русских, защищающие наиболее удобные подступы к Днепру.