… Приказ был такой: выйти в квадрат 38 в районе г. Бреста и ожидать связного, которого нужно будет срочно доставить на Большую землю. На мой вопрос, что это за человек такой будет, майор лишь хмыкнул — мол сам вас найдет… Я тогда не понял, как он нас найдет, если в лесу будем.

Короче задание очень дурно пахло. Место встречи неточно. Связной не известен. Зато всех предупредили, что без положительного результата лучше вообще не приходить.

До места добирались сами. Ни о каком самолете и разговора не было. Немецкая авиация там лютовала больно шибко. Когда, я заикнулся было о транспорте, мне начштаба прямо сказал, что нашим летунам там не пройти — физически не пройти. Короче, понял я, пехом придется идти все километры.

Шли больше лесами, благо хватает там этого добра. Да нам как-то привычнее — лес-то он родной, укроет, если что и от пехоты, и от авиации. От деревень и сел держались подальше… Мало ли что! На дорогах вообще не показывались. А как километров сто за линией фронта отмахали, то и вовсе вольготно было! Идешь, словно и войны никакой нет… Кругом красота! Лес шумит, птички поют, водичка журчит.

Около села Нижний Волочек (я по карте сверился потом) нарвались мы на немецких солдат… Младший старшина Егоров проморгал (в рапорте я все подробно описал). Первый раз таких солдат видел. Все крупные какие-то. Обмундирование на них странное. Я уже потом сообразил на что, оно похоже было. Костюмы химзащиты это были! Представляете, лес вдоль дороги выжигали они… Трое с ранцами, огнеметами шли впереди, а около взвода позади них, для контроля значит.

Повезло нам тогда. Никого не потеряли! Пару легких ран… Но отрываться пришлось долго — с надрывом бежали. Я Егорова потом чуть не пристрелил. Его дежурство было — проморгал.

Пока не дошли до намеченного на карте квадрата, мы на пять или шесть таких команд натыкались. Интересно, что не нас они искали! И не партизан! Хотели языка взять, да Михалыч отговорил. Говорит, мол, и так нашумели больше некуда, а нам еще назад идти. Хорошо послушал его, а то бы каюк мне.

Связной, действительно, нашел нас сам. Не ожидал я от него такой прыти. Непростой оказался. Мы тогда только подошли к одному оврагу. Уж больно хорошее оно было! Неприметное все, подходов немного. Сел и седи, да в две стороны посматривай, идет кто или не идет. Расположились… Костерок мелкий запалили обсушиться да подхарчиться. Михалыч, он калач тертый, в корнях у дуба какого-то костер развел из мелких веток. Со стороны идешь не то что огня не увидишь, запах то не поучишь.

Вдруг хрустнуло что-то из-за спины. Ну, думаю, ждали нас гады! Потянулся только за финкой, как раз и пистолетик мне то-то к шее приставил. Говорит, мол, не рыпайся командир, свои. Я тоже не лыком шит, говорю, что свои на фронте воюют, а тут мол немчуры проклятой да полицаев полно… Смотрю и ребятки мои насторожились. Того и гляди пальнут в него. Разбирайся потом свой это был или не свой. Хорошо, человек это документ имел надежный… Показал мне … (крупно вымарано черной тушью).

Говорили мы тогда долго. Пару часов, кажется… Он все про какой-то новый приказ талдычил. А у нас, как назло, рация накрылась. Связной говорил, что мы должны его проводить до одного села, где немецкая часть расположилась. Помню, разорался я тогда! Кричу, приказ у меня, назад вместе с ним идти. И если он не хочет, мол за шкирку его потащу. Так он на это молча вытащил из кармана фигу (знаете из его кулачищ фига здоровая то вышла) и тычет мне в лицо… Короче, вышли мы к вечеру…

Намучились мы с ним… Силен то он силен, этого не отнимешь.