Перед удивленной компанией на пол полетели точно такие же гильзы. Абай высыпал, наверное, десятка три — столько, сколько поместилось в его ладони. Все они, как один имели аналогичные отверстия

Глава 41

Возможное будущее.

Небольшой, утопающий в зелени городок, где-то в центре Сибири. Устремленное в высоту белое здание венчала строгая информационная табличка — НИИ проблем психо- физио- механотехнологий.

— Уважаемые коллеги, слово имеет профессор …, доктор …, почетный член … Академии … Скополопус Загиад Амвросиевич, — разнеслось по просторному залу, потолки которого терялись где-то высоко над головами собравшихся. — Заявленная тема выступления «К вопросу о специфических особенностях зарождения и эволюции разума в рамках негуманоидных форм жизни». Заранее отмечу, что тема уважаемым профессором была изменена буквально в последнюю минуту.

В этот момент откуда-то с середины зала поднялся древний старичок с задорно выпяченной вперед бородкой и бодро зашагал в сторону кафедры. По мере его движения в зале нарастал еле слышный недовольный шум, в котором ближе к передним рядам даже можно было разобрать отдельные выкрики.

— Сколько же это можно? — громко шептал чей-то тонюсенький голосок, сопровождаемый громким стуком по сидению кресла. — Этот старый маразматик опять начнет болтать про свою безумную теорию!

— Нет, а как же выступление о психотехнологической природе разума? — пытался перекричать первого кто-то со второго ряда. — Вот же в программке написано черным по белому?!

— Коллеги, я прошу вас, соблюдайте тишину! — вновь пронесся по залу немного раздраженный голос, казалось докатившийся до самых потаенных уголков. — Вам же сообщали, что тема была профессором изменена.

Наконец, в микрофоне что-то покряхтело и зашипело, словно подавало голос невиданное животное.

— Как вам и сообщили тема моего выступления — К вопросу о специфических особенностях зарождения и эволюции разума в рамках негуманоидных форм жизни, — в конце концов профессору удалось справиться смикрофоном и начать свой доклад. — Тема без всякого сомнения интересная и полезная, в особенности неким псевдоученным-керраитам…

После этой фразы какой-то мужчина с первого ряда возмущенно зашипел и попытался вскочить, однако был остановлен своими менее возбужденными соседями.

— … Неокрепшему разуму любой формы жизни, за исключением коллективной, в первый период своего существования жизненно необходимо общение с себе подобными. Я уверен, что это утверждение вряд ли будет кем-нибудь оспорено в силу своей законченности и безусловности!

С первого ряда вновь послушался возмущенный шум и тот же самый человек опять попытался прорваться к трибуне. Однако, как и в первый раз, ему это не удалось.

— Давайте с вами представим такую, естественно, чисто гипотетическую ситуацию, когда некий разум развивается в условиях отсутствия себе подобных. Вы только представьте, что вокруг нет тех, с кого бы он мог брать пример, у кого бы мог что-то спросить… Вы можете спросить, а в чем здесь опасность для такого сознания? Вы ведь хотите спросить, уважаемый доктор Раапе?

Вопрос был задан столь провокационным тоном, что кого-то вновь чуть удар не хватил!

— Да, держите его, лучше! — прорычал кто-то. — Вырывается ведь!

— Здоровый больно! — донеслось в ответ, словно в оправдание. — Такого разве удержишь?!

— Так вот…, - ухмыльнулся профессор, наклоняясь вперед, чтобы лучше видеть покрасневшее лицо своего извечного оппонента.