Так прошёл год. В итоге его крона приобрела идеальную форму овала, поглощая максимум возможного. За это время корни глубоко проросли в питательную жилу, которая серьёзно подстегивала его рост.

Игорь много экспериментировал. Он пытался изменять свои соки в районе листьев, и это у него начало получаться. В итоге он сделал листву ядовитой, тем самым избавившись от надоедливых насекомых. Затем то же самое он повторил с корой и древесиной, тем самым избавился от жуков древоточцев и птиц наподобие дятлов. И вообще, всякая живность и насекомые стали его избегать.

Активный рост привёл к тому, что почва быстро истощила свой ресурс. И хотя углекислого газа и солнечной энергии было достаточно, а чудесный сок из жилы переполнял его силушкой и дарил ясность ума, то вот с питательными элементами стало туго.

С этим нужно было что-то решать. Он продолжал ускорять рост корней, чтобы дотянуться до богатой питательными веществами почвы. Но это происходило слишком медленно.

Тогда он продолжил экспериментировать с изменениями своего тела. Вместо желудей он попробовал вырастить вкусные плоды, которые бы источали очень привлекательный для животных запах. Вкусные, но ядовитые. Путём длительных экспериментов после многих неудач это у него получилось. Плоды оказались на диво привлекательными для всевозможной живности и птиц. Вот только после их поедания вся живность помирала и падала вблизи дерева.

Все надежды на то, что животные разложатся и удобрят почву, разрушили хищники, которые с удовольствием питались такой вкусной падалью, оставляя лишь кости.

Это взбесило Игоря. Почти год убить на эксперименты, потратить на них много ресурсов, и отдать результаты трудов хищникам!

После этого он закусил удила и принялся изобретать стреломёт. Путём преобразования некоторых веток он сумел сделать аналог взрывного огурца, который стреляет отравленными шипами. После этого хищники пошли на удобрения вместе с травоядными. Наконец, грунт начал насыщаться полезными элементами, правда, это процесс обещал затянуться надолго.

Чтобы элементы лучше усваивались, тела следовало прикопать. А для их более удачного распределения на поверхности почвы неплохо было бы иметь конечности. Вообще, рук Игорю сильно не хватало, и он очень хотел исправить этот недостаток.

Через три года экспериментов он умудрился отрастить лианы, которыми мог шевелить и совершать некоторые манипуляции, хотя и небыстро. В итоге лиан он сделал два вида. Первый вид растёт на поверхности и оплетает ствол с ветками. С помощью них можно оплетать тушку жертвы и перемешать по поверхности грунта. Второй тип растёт из корней и выходит на поверхность почвы. Они оплетают добычу и затягивают вниз к корням. Всё это позволило существенно увеличить эффективность обогащения питательными веществами.

Игоря ни капли не мучала совесть из-за убийства зверушек. Это жизнь, тут кто первый кого-то съел — тот и прав.

Все преобразования ему давались с помощью той энергии, которую он получал из заветной жилы. Без неё, он чувствовал, не было бы у него ни разума, ни тех потрясающих возможностей по изменению своей структуры.

Больше всего ему не хватало общения и возможности видеть или как-то иначе воспринимать окружающий мир. В попытке исправить хотя бы вторую проблему, он старался изменить свои лианы таким образом, чтобы с их помощью ощущать окружающее пространство.

Путём экспериментов он научился сначала ощущать вибрации, затем слышать, а после и вовсе видеть, но не как глазами, а в объёме. Зрением это назвать сложно. Больше это было похоже на трёхмерную монохромную картину.

Через некоторое время его корневая система раскинулась настолько далеко, что охватила всю поляну и добралась до корней других деревьев.