По словам беженцев и жрецов, которые продолжали идти на север, Ален все еще находился в восточных княжествах, магией и сталью уничтожая любые очаги сопротивления, но не было ни малейших сомнений, что вскоре он обратит внимание на Камерон и меня, соответственно. Через месяц начнутся первые серьезные заморозки, а в ноябре здесь уже во всю будет царствовать зима, так что тянуть Фобер не станет.

Мои мысли вскоре подтвердились. В середине сентября стало известно, что покоритель Европы, император Ален, как он себя назвал, отправился завоевывать север. Число беженцев у нашей границы сразу же пошло на убыль. Пускай мы почти никого не пускали, но народ все равно пытался пробиться в безопасные земли, однако новость о наступающей армии Фобера резко сократила количество людей у кордонов — никто не хотел оказаться на пути у воинственного короля.

К концу месяца армия противника достигла границ нашего княжества, но оказалось, что армией ее можно назвать лишь с огромной натяжкой. Скорее уж крупный военный отряд численностью около четырех сотен человек. Алену не было смысла тащить с собой кучу народу — их и прокормить сложнее и скорость движения падает. К тому же, я был почти уверен, что цель короля — не столько захват княжества, сколько победа надо мной. Какой смысл пытаться завладеть еще одним куском земли, когда ты по силе практически стал равен богам? Уверен на все сто — если Ален победит, он просто уйдет. Возможно, разграбит пару приграничных городов, но долго на севере задерживаться не станет — нечего тут зимой делать. Впрочем, это вовсе не означало, что меня устраивал такой расклад.

Как только стало известно, что наш враг находится на пути к границе княжества, командование армии по привычке принялось обсуждать варианты предстоящего сражения. Выбиралось место битвы, на листах бумаги чертились примерные схемы расположения оборонительных конструкций и закладки мин, обдумывались варианты действий солдат и офицеров. Я не мешал. Пускай пораскинут мозгами — лишним это никогда не будет, однако, когда ко мне за одобрением итогового плана пришел Густаф, я сказал, что битва пройдет по иному сценарию.

Глава 22

Холодное октябрьское небо накрыло север куполом серых туч. Уже несколько дней не прекращались дожди, постепенно превращая грунтовые дороги в местные филиалы болота. Казалось, что влага пропитала уже все вокруг. Одежду, обувь, палатки и даже воздух. Спасала только магия. От офицеров постоянно шел пар — люди тратили прорву энергии на просушку одежды и нагрев тела, чтобы обеспечить себе комфортное существование. Солдатам же приходилось куда хуже — не имея возможности использовать магию, они зябко кутались в непромокаемые плащи, которые, впрочем, не слишком-то помогали.

Ранним утром я в сопровождении десятка бойцов покинул военный лагерь, отправившись на встречу с Аленом и его небольшой армией. Об этом человеке я практически ничего не знал. Были у меня мысли встретиться с ним в Астрале, но на свое имя он не откликался, а прыгать на каждое возмущение силы, в надежде наткнуться на Фобера — не дело. Только время потеряю. Так что судить об этом человеке я мог только из рассказов очевидцев.

По их словам, Ален был молодым мужчиной с явной примесью восточной крови. Красивый, сильный и безжалостный. Если верить слухам, Фобер без каких-либо угрызений совести вырезал целые армии и разрушал города, если видел там хотя бы зачатки сопротивления. Серьезный противник. Очень серьезный. И сегодня мне предстояло сойтись с ним в смертельном поединке, от которого будет зависеть, выживет ли север, или падет, подобно остальному миру.

Чем ближе мы подъезжали к месту, где остановился Ален, тем сильнее я чувствовал волнение магического поля. Такого еще не было. Ни один князь, что приходил на мои земли, не вызывал ничего подобного. Фобер действительно был близок к тому, чтобы перейти грань, отделяющую его от вознесения.