— Понятно, — решил дирренганин. — Значит, правильно, Креил — ваш второй муж. У вас это называется друг? Не понимаю смысл этого слова.

— И мне непонятно. У вас на планете многомужество?

— Ну, не совсем. Все-таки сейчас женщина имеет возможность не иметь больше восьми мужей.

— А сколько допустимо по закону? — решила уточнить Аолла, чтобы больше не попадать впросак.

— Нет каких-то ограничений. Шесть — восемь, в зависимости от обстоятельств. Если женщина хочет, можно и больше, но обычно трудно уговорить иметь больше восьми. Большая нагрузка.

— А кто рожает детей? — у Аоллы возникла мысль, что это еще не факт, что это делают женщины.

— Нет-нет, женщины. А растят, как правило, мужчины, нам это намного проще, мы очень долго живем, никого не тяготит.

— Чего-то я не понимаю. У вас нарушено соотношение мужчин и женщин?

— Ничего у нас не нарушено. Рождается одинаково, что тех, что других, но продолжительность жизни у женщин маленькая, почти в три раза меньше. Если им доверить детей, они вообще никого не вырастят. Да они мало интересуются детьми, и так получается слишком насыщенная жизнь. Нужно все успеть, а остается мало времени на все остальное.

Аолла разозлилась на Креила, что он не удосужился предупредить ее об этом, и лихорадочно пыталась сообразить, к каким негативным последствиям могло это приводить и как правильнее себя вести в такой ситуации.

— На корабле есть женщины? — уточнила Аолла.

— Конечно. Если летит экипаж, обязательно берут хотя бы одну, только сложно уговорить бывает. Не все же мужчины — мужья.

— А поговорить с ней можно?

— Только не сейчас. Еще слишком рано, она спит. За ужином или потом.

— А сколько мужчин на корабле?

— Восемь, не считая вашего мужа.

Когда Аоллу, наконец, привели к Креилу, она увидела его лежащим на специальном приспособлении. Щупальца были расслаблены и спокойно спускались вниз, а двое дирренган втирали что-то в его кожу. При ее появлении они прекратили манипуляции и поспешно вышли.

— Рад тебя видеть. — Креил приподнял одно из щупалец.

— У тебя совесть есть? — спросила Аолла.

— Забыл, а что это такое? — Он послал образ удивленного человека.

— Почему ты мне не сказал, что у них многомужество?

— Не понимаю, какое это имеет значение?

— Простое. Имей в виду, буду жить с тобой. У меня нет никаких гарантий, при их простоте нравов, что кто-нибудь не ворвется ко мне ночью. И что делать тогда? На помощь звать? А если у них это не считается насилием?

— Говоришь глупости, потому что плохо знаешь дирренган и судишь больше по их жуткому виду. Ничего они тебе не сделают. Это древняя, культурная цивилизация, особенно в отношении женщин. Пообщаешься побольше — поймешь.

— Что-то слабо верится, — заметила Аолла, припомнив свой земной опыт на этот счет.

Вечером за ними пришел дирренганин, но Креил отказался идти ужинать и ему принесли еду в каюту, а у Аоллы не было повода отказываться. К тому же ее обещали познакомить с женщиной.

В большом помещении полукругом были установлены приспособления, эквивалентные земным столам, с очень сложным телепатическим названием. Аолла насчитала десять таких «столов». Ее усадили недалеко от женщины, хотя по внешнему виду было бы невероятно трудно это понять. Один из мужчин тут же подошел к ней, объясняя, что за еда накрыта на столе и набирая на тарелку всего по чуть-чуть. За женщиной ухаживало сразу двое мужчин. Когда они заполнили для нее несколько тарелок, то вернулись на свои места.