Когда Гвинейра через час спустилась на среднюю палубу, чтобы посмотреть на своих лошадей, ее взору представилась странная картина. Сама палуба была почти пуста, большинство пассажиров еще завтракали или предавались грустным думам у себя в каютах. Но Хелен и девочки вытащили свой стол и стул наружу. На стуле восседала Хелен, гордо и прямо, как истинная леди. Перед ней на столе находился воображаемый столовый прибор, состоящий из жестяной миски, погнутой ложки, вилки и столового ножа. Дороти в эту секунду как раз подавала Хелен очередное блюдо, снимая его с воображаемого подноса, в то время как Элизабет управлялась со старой бутылкой так, словно в ней было дорогое вино, которое нужно было аккуратно налить в бокал.

– Что это вы делаете? – озадаченно спросила Гвинейра.

Дороти присела в реверансе.

– Мы упражняемся в том, как нужно вести себя за столом, мисс Гвин… Гвин…

– Гвинейра. Но вы можете спокойно называть меня Гвин. А теперь скажи мне еще раз, в чем вы упражняетесь?

Гвинейра подозрительно покосилась на Хелен. Вчера гувернантка показалась ей вполне нормальной девушкой, но теперь мисс Силкхэм не была уверена, что ее новая знакомая в своем уме.

Хелен немного покраснела под взглядом Гвинейры, но быстро взяла себя в руки.

– Сегодня утром я обнаружила, что поведение девочек за столом оставляет желать лучшего, – сказала она. – Складывается впечатление, что в приюте они жили, как животные в зверинце. Дети едят руками и набивают себе полный рот, словно завтракают последний раз в жизни!

Дороти и Элизабет пристыженно опустили глаза. На Дафну же это замечание не произвело никакого впечатления.

– Вероятно, если бы они не делали так, им бы вообще ничего не доставалось, – заметила Гвинейра. – Когда я вижу, какие они худые… Но зачем все это? – Она еще раз показала на стол.

Хелен поправила нож, чтобы он лежал идеально ровно.

– Я показываю девочкам, как должна вести себя за столом настоящая леди, и в то же время учу их основам сервировки стола, – объяснила она. – Мне с трудом верится, что их примут в такие дома, где они смогут исполнять обязанности одной только горничной или кухарки. Положение с прислугой в Новой Зеландии, насколько я знаю, довольно плачевное. Поэтому во время путешествия я постараюсь научить детей всему, чему только смогу, чтобы они могли действительно принести какую-то пользу своим будущим работодателям.

Хелен одобрительно кивнула Элизабет, которая аккуратно наливала воду в ее чашку, подставив под носик чайника салфетку, чтобы не пролить на скатерть и капли.

– Пользу? – скептически спросила Гвинейра. – Эти дети? Я еще вчера хотела спросить, зачем их отправляют за океан, но теперь мне все ясно… Я ведь не ошибусь, если скажу, что приют решил избавиться от лишних ртов, потому что в Лондоне никто не хочет нанимать в горничные таких юных, отощавших от постоянного недоедания девушек?

Хелен кивнула.

– Они там трясутся над каждой копейкой.