… Тим выждал, когда девушка заснёт, и бесшумно вошёл в её комнату.

Здесь было темно, лишь на полу, ближе к окну, синела полоска лунного света.

Больше всего Тиму не хотелось, чтобы Кира снова была с Шустиком. Зверюшка могла испортить все планы хозяина. Но котёнок спал отдельно.

Тим осторожно встал рядом с кроватью девушки и склонился прислушаться. Судя по почти неслышному дыханию, Кира уснула крепко.

Хозяин дома осторожно встал на колени рядом с кроватью, у изголовья, и отогнул воротник своей домашней рубахи. Спустя мгновения из-под рубахи выскользнула узкая голова призрачной змеи. Тим сложил ладони горстью пальцами к Кире, и змея мягко съехала с его пальцев, свившись в кольца вокруг головы спящей девушки.

Тим закрыл глаза.

Змея соединила личные пространства двоих, и теперь мужчина мог видеть сны девушки. Через несколько минут хозяин дома открыл глаза, всмотрелся в голубые глаза змеи, которая непрерывно смотрела на него всё это время, и кивнул.

Призрачная змея уплыла под ворот его рубахи.

Тим погладил пространство над головой Киры, а затем, мягко шагая, вышел из её комнаты. По лестнице он сошёл, будто слетел незримым и неслышимым духом. Уже в кабинете он плотно закрыл за собой дверь и позвонил — только не по стационарному, а по мобильному. Выждал, пока на той стороне возьмут трубку, и спросил:

— Слышь, Дмитрий. Твой знакомый, Игорь, он на связи у тебя?.. Перезвонишь?.. Ладно. Я подожду.

Он сел на стол и стал проглядывать записи Киры с телефонного дежурства. До конца страничку не дочитал — прервал звонок мобильного.

— Да?.. Не берёт?.. Спасибо. Завтра съездить бы к нему. Есть одно опасение.

Тим положил мобильник на стол и задумался.

18

Если бы не Шустик, Кира постыдно проспала бы. Она уже привыкла, что в окно светит фонарь, стоящий неподалёку. И, просыпаясь, сразу видела определённые очертания предметов, что и заставляло её легко вставать, чтобы взглянуть на часы. Но, сколько бы сегодня ни просыпалась, сонно видела одну и ту же дремотную темноту в комнате. Зато котёнок, видимо почуяв активное движение в доме, по свесившемуся краю одеяла взобрался на кровать и начал перебирать лапками с выпущенными когтями, обдирая одеяло прямо перед носом девушки.

— Тихо! — шёпотом велела ему Кира, ещё не открывая глаз.

Но Шустик ещё усердней принялся процарапывать подушку, которую обнимала девушка. Пришлось сесть и на ощупь дотянуться до мобильника. Кажется, с минуту, ничего не соображая, Кира смотрела на высвеченные часы. Наконец оживилась: проснулась на полчаса позже! Леонтий, наверное, уже уехал на свой участок!.. Потом, когда экран мобильника потух, она удивлённо оглянулась на необычно тёмное окно: может, в фонаре лампа перегорела?

И, лишь стоя у самого окна, рассмотрела: на улице бушевала серая поутру метель! Причём, кажется, немного потеплело, потому что снежные круговерти то и дело захлестывали стекло, оставляя на нём мохнатые следы. Свет фонаря пару раз пробился-таки сквозь стремительные снежные волны, но исчезал так мгновенно, что трудно было бы уловить его проблеск, если не знать, что фонарь всё-таки есть.

От короткой боли в ноге Кира вздрогнула. От неожиданности охнула — и невольно улыбнулась: Шустику надоело ждать, когда хозяйка соизволит обратить на него внимание, и он, упрямо насупившись, полез по штанине её джинсов. Подоконник-то ему недоступен, а любопытство заело!

Девушка подхватила его и усадила на подоконник. В окно смотрели недолго. Бушующие снежные вихри, на которые Кира сначала смотрела бездумно, вдруг навели её на странные, тревожные мысли.