Если Джоунас и Хэдли были правы, значит, Дзибан знал о чистке ЦРГ, ведь проникновение ее агентов в разведывательную группу прекратились.

— А что если тут задействованы совсем другие факторы? — предположил Дэвид Тернер. — Если это никак не связано с Дзибаном?

— Недавно в нескольких северных агентурных сетях случились провалы, — сказал Джоунас. Он повернулся к Хэдли. — Сэр, как, по-вашему, может, нам все же стоит поинтересоваться Дзибаном? Чем больше информации мы о них соберем, тем больше шансов установить личность участников этой организации.

Хэдли обратился к Филиппу:

— А ты что об этом думаешь, сынок? Ты же у нас специалист по японской психологии.

— Джоунас прав, — сказал Филипп. — Чем больше имен нам удастся выяснить, тем более полное представление о Дзибане мы получим.

Через Ватаро Таки Филипп уже узнал имена нескольких членов Дзибана. Но он не мог (или не желал) объяснить присутствующим, каким образом ему удалось получить сведения.

— Помните, — продолжал Филипп, — узнавая имена членов Дзибана, мы узнаем и про их врагов. Действуя через наших людей среди японских политиков, мы можем хотя бы уменьшить число министров, которые могут войти в тайное общество.

— Ну, тогда игра стоит свеч, — решил Хэдли. — Я придумаю убедительную причину для чистки. Используя свои связи, Дзибан наверняка про это прознает. Хотя существует вероятность, что они нам не поверят. Тогда Тернеру придется туго. Следующая же его встреча с Дзибаном окажется последней.

— Ничего, я рискну, генерал, — сказал Тернер. — Да и потом, поверить в эту версию в их интересах. У них еще есть враги, с которыми они мечтают посчитаться.

— Тогда другое дело, — одобрил Хэдли. — Мы заставим Дзибан поверить, что продолжаем уничтожать людей, раскрытых их разведкой.

— Но делать этого не будем, — добавил Филипп.

— А почему бы нам в таком случае не перевезти министров на нашу конспиративную квартиру? — предложил Тернер. — Там есть все удобства, и они смогут на время скрыться, а мы начнем распространять слухи об их «смерти».

— Хорошая идея, — одобрил Джоунас.

— Значит, договорились? — Хэдли оглядел комнату. Все присутствующие закивали. — Хорошо. Но тут не должно быть никаких проколов, — предупредил он. — У нас с президентом и так натянутые отношения. Он не желает, чтобы наша деятельность получила огласку.

Вот так и было решено позволить Тернеру продолжать встречаться с членами Дзибана в надежде получить побольше компрометирующей информации.

Филипп уставился на листок бумаги, на котором бесцельно чертил какие-то каракули. Бесконечные круги... Это похоже на его мысли об убийстве Силверса. Филипп не мог избавиться от ощущения, что он упустил нечто очень важное. Генерал Хэдли, Джоунас и Дэвид Тернер считали, что лучше в этом не копаться, но Филиппу никак не удавалось выбросить загадочную историю из головы.

Кто убил полковника Гарольда Мортена Силверса? Хэдли сказал, что, когда он туда приехал, дверь была не заперта, но прикрыта. Это случилось в одиннадцать вечера. Силверс был уже мертв. Но если дверь была не заперта, значит, Силверс знал убийцу и впустил его в дом. Полковник ни за что не открыл бы дверь незнакомцу в столь поздний час.

Другие подозревали, что в убийстве Силверса виновен его связной, член Дзибана. Но это никак не вписывалось в общую картину. Филипп был уверен, что японцы не стали бы убивать Силверса катаной. Похоже, кто-то пытался переложить ответственность за смерть Силверса на Дзибан.