Сам я сходил за пустыми бутылками и, отойдя к краю поляны, создал из них подобие мишеней. Причем поставил их не в ряд, а на разном расстоянии от точки, с которой мы с Лидой будем стрелять.

— Ну-с, приступим? — протянул я Воронцовой ее заряженный револьвер.

— Подскажете, с чего начать? — неловко прицелившись, опустила она руку и посмотрела на меня.

— Главное для стрелка — правильная стойка. Чтобы револьвер не вырвало из рук отдачей, и они не дрожали под тяжестью оружия. Давайте, я вам помогу.

— Григорий, лучше на «ты». Мы же здесь одни, — мягко посмотрела на меня Лида.

Антона к этому моменту мы отправили «погулять» и не мешать нам, указав, в какую сторону ему точно не стоит заходить, чтобы не попасть под шальную пулю.

— Хорошо, — встав за спиной девушки, прошептал я ей на ухо. — Ноги должны стоять на ширине плеч, — начал я инструктаж, немного поправляя девушку легкими касаниями ее тела. — Вот так. Теперь руки. Одна ладонь держит рукоять, другая подпирает ее снизу. Правильно. Немного согни руки в локтях...

Лида делала вид, что не замечает, когда я прижался к ней чуть сильнее, чем нужно для поправки ее движений. И только в ее коротких вопросах «вот так?» и «правильно?» слышалось возбуждение. Но непонятно от чего больше — от нашей близости или от того, что скоро она осуществит свое желание.

— Пуф! Пуф! Пуф! — выстрелы револьвера были совсем не оглушающими, как у его более массивных собратьев. Да и лес скрадывал звук. Думаю, уже за пределами рощи нас и не услышит никто.

Совсем наглеть я не стал и в момент выстрелов отпускал Лиду. Потом перезаряжал ее револьвер, снова «поправлял» стойку и отходил. Правда второй раз перезаряжать свой подарок девушка решила сама.

В первую бутылку она попала лишь истратив два с половиной барабана патронов.

— Ура! Вы видели?! — резко обернулась Лида ко мне, размахивая заряженным оружием.

— Да, — с опаской глядя на револьвер, который «гулял» по непредсказуемой траектории. — Это был замечательный выстрел! Только еще один урок — никогда не держите палец на курке, если не собираетесь стрелять.

— Ой... — с испугом взглянула Лида на зажатый револьвер.

— Пуф! — палец у нее все же дрогнул, и пуля улетела не в сторону импровизированных мишеней, а в землю в пяти метрах от нас.

— Вот из-за этого и не стоит так делать!

Девушка выстрелила еще два барабана, когда устала и решила перекусить. Пройдя к накрытой скатерти, мы уселись напротив друг друга по обеим сторонам «стола» и принялись оценивать, чем нас решил удивить ресторан «Огни Рима».

Суп из семги в горшочке, итальянская паста с кусочками свинины, неизвестный мне салат из помидоров, яиц и чего-то еще, посыпанный сыром. В качестве десерта — пирожное из песочного теста со взбитыми сливками и кусочками вишни, политый вишневым сиропом. Ну и конечно бутылка вина с парой бокалов.

Разлив напиток, я передал бокал Лиде и предложил тост.

— За исполнение желаний!

Девушка благосклонно улыбнулась и пригубила вина. Настроение было отличным до того момента, как грудь снова не кольнуло. Клятва опять напомнила о себе. Черт! Придется заняться тем борзописцем сразу, как вернусь в город.

Перекусив, мы вернулись к стрельбе. Но на этот раз уже я показывал свое мастерство. Промазав всего раз из четырех выстрелов, я оставил право «добить» наши мишени Лиде.

Время пролетело стремительно. Через пару часов кисти у Воронцовой устали, и мы переместились к нашему «столу», расположившись рядом друг с другом. Лида от вина стала вести себя более раскованно, позволила приобнять ее и вспоминала смешные случаи, что были при ее поездках с отцом на охоту.