— Хм… Потому что не насытился. Я и сейчас еще не удовлетворен. Мне нравятся твои груди, твои ноги, твоя попка, твои губы, звуки, которые ты издаешь, когда кончаешь. Продолжать или хватит?

Шейла испытала борьбу эмоций. Леди, которую воспитывала Мэйси, хотелось влепить ему пощечину и выйти вон. Женщина в ней хотела прижаться к нему, целовать его и любить. Хотелось сделать ему больно, чтобы он испытал те же страдания, которые заставлял переносить ее своим холодно-циничным тоном.

— Почему… Почему ты это сделал прошлой ночью в Бель-Тэр?

— Слушай, только не делай вид, что тебе не понравилось. Тебя аж трясло.

— Я не говорю, что мне не понравилось! — крикнула она. — Я спрашиваю — почему именно тогда и там?

— Потому что ощущение было…

— Хорошее?

— Qui! — крикнул он в ответ. — Отличное! Класс! Меня понесло по течению, понятно? Мне было не до раздумий. Мой член думал вместо меня.

— Судя по тому, что я о тебе слышала, именно так обычно и бывает.

— Не дури, — прошипел он. — Мы сделали, что хотели, и это было в тот момент классно для нас обоих. — Он выпрямился и приблизился к ней. Прядь волос, нависая над его бровью, трепетала от негодования. — Какого черта ты шумишь?! С чего вдруг этот допрос? Может, оставим эту тему и поговорим о чем-нибудь более важном? Например, о том, как твой зятек годами подделывал деловые бумаги? — Глаза его потемнели. — Или еще лучше: почему бы тебе не залезть мне на колени и как-нибудь решить мои проблемы, которые жутко возросли в результате нашей беседы?

— Не смешно.

— Ты совершенно права. Не смешно. Все еще негодуя, Шейла сказала:

— Расскажи мне о Кене.

— Все элементарно просто. Он жулик. Именно он является причиной того, что компания теряет деньги, несмотря на стабильный бизнес. Не знаю, в курсе ли этого Коттон. Может быть, он смотрел сквозь пальцы, потому что Хоуэл — родня, или не замечал по старческой рассеянности. Именно Хоуэл облапошил Эндикота. Совершенно ясно, он подделал подпись Коттона на чеке, получил по нему баксы и прикарманил. Только не стал никому говорить о заказе и предоплате. — Он махнул рукой в сторону стола. — Вон там, в документах, полно дыр, которые появились по его милости.

— Откуда тебе все это известно?

— Гли проверил счета Хоуэла и обнаружил его натяжки и приписки, чтобы сумма сходилась.

— Гли?

— Ты сказала, чтобы я дал ему какое-нибудь дело. Я и отдал ему копии документов. Он их проверил и сказал, что они…

— Кто тебя просил это делать? — спросила Шейла, не скрывая ярости.

— Что?

— Ты слышал.

Он движением головы откинул назад прядь волос.

— Опять-таки давай начистоту. — Он расставил ноги чуть пошире, поза выражала упрямство. — Ты расстроена, потому что Гли накопал материалы, способные отправить твоего бывшего любовника в тюрьму?

— Нет, — сквозь зубы ответила она. — Я расстроена тем, что ты присвоил себе полномочия, которых я тебе не давала.

— Ах вот как, — холодно ответил он. — Так сказать, вышел за рамки.

— Вот именно.

— Это имеет отношение к нашей предыдущей дискуссии? Я переступаю границы дозволенного каждый раз, когда укладываю мисс Шейлу Крэндол в постель?

— А разве это не твой бзик? Переступать границы. Присваивать власть? Выходить за рамки? Не потому ли ты и любовью занимаешься со мной?

— Я не занимаюсь любовью.